Бакалавр
Дипломные и курсовые на заказ

Авиньонский двор в международных отношениях Западной Европы XIV века, 1309-1378

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

См. Басовская Н. И. Англия и Франция в международной жизни Западной Европы ХП-ХУ вв.// Средние века. — Выпуск 51. — М.: Издательство «Наука», 1988. — С.5−22- Англо-французские противоречия конца XIII—XIV вв. и страны Пиренейского полуострова// Цель истории — история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С. 170−186- Столетняя война: леопард против лилии. — М… Читать ещё >

Содержание

  • ГЛАВА I. ФЕНОМЕН АВИНЬОНСКОГО ПАПСТВА
    • I. I Авиньонский двор как особая страница в истории папства
    • I. II Авиньонские папы
    • I. III Коллегия кардиналов в авиньонский период
  • ГЛАВА II. РОЛЬ ПАПСТВА В АНГЛО-ФРАНЦУЗСКОМ ПРОТИВОСТОЯНИИ ЭПОХИ ЗРЕЛОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
    • II. I Взаимоотношения папства с английскими и французскими королевствами XII—XIII вв.
    • II. II Англия и Франция в политике первых авиньонских пап
    • II. III Роль авиньонских пап в Столетней войне
  • ГЛАВА III. ПОЛИТИКА АВИНЬОНСКОГО ДВОРА В ОТНОШЕНИИ СВЯЩЕННОЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ, СТРАН АПЕННИНСКОГО И ПИРЕНЕЙСКОГО ПОЛУОСТРОВОВ
    • III. I Авиньонский двор и Священная Римская империя
    • III. II Итальянская политика авиньонского двора
    • III. III Политика авиньонского двора в странах Пиренейского полуострова

Авиньонский двор в международных отношениях Западной Европы XIV века, 1309-1378 (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Авиньонский период (1309−1378) нельзя не признать одним из наиболее интересных и во многом уникальных этапов в истории папства. И речь идет не только и не столько о самом факте проживания понтификов за пределами Рима, более того, вне итальянских территорий. В конечном итоге, даже беглый взгляд на предшествующие столетия в жизни Святого престола позволяет отметить, что его образ жизни претерпел значительные изменения задолго до XIV столетия, папы римские нередко путешествовали, а их временными резиденциями становились не только города, принадлежавшие как Римской католической церкви, но и владения различных христианских правителей. Более того, эскалация социальных и политических конфликтов, раздиравших в позднее средневековье весь Апеннинский полуостров, неизбежно вынуждала римскую курию все больше времени проводить вдалеке от итальянских территорий в поисках безопасности и стабильности. Ведь учитывая постоянный рост и эволюцию папского аппарата, очевидно, что Святой престол не мог больше эффективно выполнять свои многочисленные функции без четко налаженной инфраструктуры, адекватных условий для жизни и работы. Постоянно расширяя собственную юрисдикцию, постепенно присваивая себе все новые права и функции внутри церкви и за ее пределами, понтифики добились того, что их участие стало необходимым для решения практически всех проблем не только религиозного, но и и светского характерачисло христиан, нуждавшихся в папской помощи, продолжало расти день ото дня. Естественно, в подобной ситуации поиск стабильной и безопасной резиденции становился жизненной необходимостью, обязательным условием как для развития, так и для нормального функционирования римской курии.

Таким образом, кочевой образ жизни Святого престола в позднее средневековье и практически постоянное отсутствие понтификов в традиционной резиденции представляли собой абсолютно естественное явление и были обусловлены, прежде всего, политической обстановкой на полуострове. Особое же значение изучаемого нами периода для историка заключается, прежде всего, в его исключительной важности для всего процесса эволюции западноевропейского общества. Традиционное противостояние светской и духовной власти за право управления христианским миром на данном этапе приобрело новые формы. Централизационные процессы, с разной степенью активности протекавшие во всех странах Западной Европы, приводили к постепенному формированию основ будущих национальных или «современных» государств. В их рамках наблюдалось становление национального самосознания и неразрывно связанного с ним стремления к независимости, прежде всего, от возможного вмешательства извне. Папский двор в этот период также претерпевал значительные изменения, причем формирование в нем атрибутов государства в современном понимании данного термина происходило даже быстрее, чем в большинстве светских государств. Столкновение этих двух силкрепнущих европейских стран и стремящегося сохранить свою универсальную власть средневекового папства — и являлось одним из ключевых факторов международных отношений Западной Европы1.

Актуальность избранной нами темы для современной отечественной медиевистики очевидна, прежде всего, вследствие огромного значения той роли, которую институт папства играл в жизни средневековой Европы, и практически полной ее неизученности в отечественной историографии по причинам, более подробно рассмотренным нами в очерке о степени изученности данной темы. Более того, несмотря на наблюдающееся в.

1 Нам представляется необходимым определить несколько основных терминов, которые будут постоянно использоваться в рамках данного исследования. Прежде всего, хотелось бы подчеркнуть, что в исторической науке термин «современное государство» или «etat moderne» (в отечественной историографии ему соответствует, например, термин «государство старого порядка») подразумевает под собой политическую единицу, ключевыми характерными чертами которой являются сильная центральная власть, наличие четко определенной территории с установленными границами, постоянная армия, единые фискальная и судебная системы, сложившиеся категории подданства. Что касается словосочетания «международные отношения», в данном исследовании оно используется для описания совокупности экономических, политических, дипломатических, военных и других связей между вышеупомянутыми государствами и системами государств, а также прочими социальными, экономическими, политическими, религиозными силами, действующими на международной арене. последнее время возрождение интереса к политической истории, взаимоотношения понтификов и основных западноевропейских государств в эпоху зрелого средневековья до сих пор продолжают оставаться за рамками российских исторических исследований. Именно сегодня, когда полемика о праве отдельных государств, народов на национальную самобытность и независимость, а также о роли церкви в жизни общества занимает весьма существенное место в ментальной жизни социума, данный анализ истории этих вопросов представляется как нельзя более актуальными.

Хронологические рамки определяются темой исследования. Термин «авиньонское папство» используется в исторической науке для описания достаточно уникального периода в истории Святого престола, в течение которого постоянная резиденция понтификов располагалась в Авиньоне, вдали от Рима, и который завершился Великой схизмой, повергнув Римскую католическую церковь и весь христианский мир в глубокий, продолжительный кризис. Что касается временных рамок данного феномена, большинство ученых сходятся во мнении, что началом этого периода был 1309 г., в котором папский двор впервые избрал Авиньон своей временной резиденцией, в то время как его окончание традиционно относят к 1378 г., когда скончался папа Григорий XI (несмотря на то, что курия покинула берега Роны еще в сентябре 1376 г.). Однако потребность в изучении эволюции взаимоотношений понтификов с отдельными христианскими государствами для адекватного анализа политики папства в XIV в. обусловила необходимость проведения ряда кратких исторических экскурсов, в которых были проанализированы некоторые аспекты истории предшествовавших столетий.

Объектом нашего исследования является роль авиньонского папства в международной жизни Западной Европы в момент формирования и укрепления основ будущих «современных государств». Своеобразие нашего объекта исследования заключается в его определенной двойственности, т.к. реальной целью внешнеполитической деятельности понтификов в этот период являлось отнюдь не только и не столько непосредственное разрешение конфликтов между христианскими правителями, сколько обеспечение себе нового, достойного папских притязаний статуса в условиях кардинально меняющейся исторической реальности. В качестве предмета изучения выступают конкретная политика и методы, применявшиеся авиньонскими понтификами в рамках их внешнеполитической деятельности в различных странах Западной Европы.

Цель данного исследования заключается в том, чтобы проанализировать эффективность и адекватность внешнеполитической деятельности авиньонского двора с точки зрения претворения в жизнь амбициозных претензий средневекового папства, т. е. определить основные задачи, стоявшие перед понтификами XIV века, установить способы их реализации в отношениях с основными христианскими государствами, а также их особенности в авиньонский период, и понять, насколько успешной была политика Святого престола, как в случае с конкретными правителями и странами, так и в целом в христианском мире.

Достижение поставленной цели требует решения ряда задач. Прежде всего, необходимо охарактеризовать феномен авиньонского двора и его составляющие с целью понимания особенностей его функционирования и предпосылок к определенному стилю ведения внешнеполитической деятельности. В дальнейшем нам предстоит определить характер взаимоотношений Святого престола с ключевыми участниками международной жизни средневековой Европы, проанализировать внешнюю политику авиньонских понтификов в отношении каждого из вышеупомянутых ключевых участников и оценить ее эффективность и успешность. И наконец, результатом данных исследований и анализа станет установление реальной роли авиньонского двора в международных отношениях Западной Европы.

Принимая во внимание цель и задачи данного исследования, нам кажется целесообразным применить историко-системный метод в качестве основного метода работы. Использование системного подхода и системных методов анализа, к которым необходимо отнести структурный и функциональный анализы, бесспорно, будет способствовать обеспечению целостности и компетентности проводимого исследования. Кроме того, в данной работе будут также применяться элементы историко-генетического метода, позволяющего последовательно выявлять и анализировать свойства, функции и изменения изучаемого предмета в процессе его исторического развития.

Феномен авиньонского двора всегда вызывал интерес исследователей, и уже современники «авиньонских пап» многократно предпринимали попытки дать оценку этому периоду в истории Римской католической церкви. Так, одним из самых серьезных и безжалостных критиков деятельности понтификов можно считать величайшего гуманиста Петрарку, в творчестве которого тема «Рим-Авиньон» занимала огромное место. Попытки оценить политику Святого престола в данный период предпринимались также в современных ему хрониках, и в дальнейшем число сочинений, посвященных данному вопросу, продолжало неуклонно расти. И хотя, как показывает тщательный анализ, образ «авиньонского папства» в зарубежной исторической литературе долгое время оставался достаточно однообразным, в отечественной же историографии изучению внешнеполитической деятельности Святого престола не уделяли особенного внимания, нам представляется целесообразным обрисовать основные вехи этого историографического процесса.

Фактически, историографию вопроса о роли авиньонского двора в международной жизни можно с уверенностью разделить на две основные составляющие: работы по истории папства и римской католической церкви, и исследования политической истории стран Западной Европы. В отечественной исторической науке труды первой группы были достаточно немногочисленными, что было обусловлено целым рядом объективных причин. Так, в дореволюционной России внимание ученых, занимавшихся вопросами религии, было сосредоточено, прежде всего, на православной церкви. В советский период подобным исследованиям и вовсе не было места в исторической науке, и лишь с началом новой эпохи в России возобновились публикации трудов на темы, долгое время считавшиеся «табу». Совокупность данных факторов и стала причиной того, что говоря о русскоязычной литературе по истории папства, мы можем упомянуть лишь несколько общих работ по истории церкви.

Эти труды, естественно, охватывали и авиньонский период, однако его анализ никогда не выходил за рамки традиционной и уже давно устаревшей версии о полной зависимости понтификов от французской короны. Так, одним из первых подобных сочинений являлся «Очерк церковной истории» д-ра богословия И. Г. Куртца, опубликованный в Санкт-Петербурге в 1868 году, в котором политика авиньонского папства, как и следовало ожидать, получила однозначно негативную оценку: «семидесятилетний вавилонский плен в Авиньоне подверг папство постыдному рабству вероломной французской политики и довел его до крайнего нравственного растления». Не менее негативно оценивалась деятельность авиньонских понтификов Л оценивалась и в трудах Е. Гергея, М. Заборова. Особого внимания среди общих работ по истории церкви заслуживает труд С. Г. Лозинского, ведь именно его «История папства» до сих пор остается одним из самых значительных марксистских исследований по истории католицизма в нашей стране. Однако приходится признать, что в своей оценке деятельности авиньонского папства ученый слепо следовал традиционной и во многом устаревшей точке зрения на данный вопрос. Даже сама глава, посвященная данному периоду, называется в традициях западной историографии предшествовавших веков: «Папство в плену у Франции». «Во Франции. папство чувствовало себя гораздо увереннее за спиной королей, которые.

2 Куртц И. Г. Очерк церковной истории (Церкви вселенской до IX в. и потом исключительно церкви западной до половины XIX в.) — С-Петербург, 1868. — С.173.

3 Гергей Е. История папства. — М.: Республика, 1996; Заборов М. А. Папство и крестовые походы. — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1960. фактически назначали пап, и которым благодарное папство предоставляло разнообразные льготы"4. Именно такое предвзятое отношение к деятельности авиньонских пап лежит в основе анализа данного периода в истории Святого престола, представленного в исследовании С. Лозинского, тем самым значительно ограничивая его ценность для современных исследований. В подобном ключе деятельность понтификов XIV века рассматривалась и в отечественных трудах, посвященных творчеству Петрарки и Данте. Так, особое внимание оценке авиньонского папства уделялось в работе Н. И. Девятайкиной «Рим или Авиньон: спор Петрарки с французским кардиналом: «.состояние авиньонской церкви видится ему как «кораблекрушение», тяжкая болезнь с нарывами и язвами, главные причины которой — погоня за земными богатствами, алчность, спесь, зависть, праздность, лицемерие, продажность, лживость, крайняя нравственная распущенность, отсутствие благочестия, невежество. Гуманист навечно соединяет имя Авиньона с именем Вавилона"5. Не меньшим значением для оценки восприятия авиньонского папства современниками обладает и исследование Л. Баткина «Данте и его время. Поэт и политика"6.

К сожалению, отдельные отечественные труды, посвященные изучению авиньонского периода в истории папства и его отдельных аспектов, так и не увидели свет в силу целого ряда объективных причин. Ведь вполне естественно, что в дореволюционной России внимание ученых, занимавшихся вопросами религии, было сосредоточено, прежде всего, на православной церкви. В советский же период подобным исследованиям и вовсе не было места в исторической науке, а анализ политической истории средневековья был значительно ограничен жесткими рамками формационного подхода. Только с началом новой эпохи в России возобновились и исследования по сюжетам, ранее считавшимся «табу», включая, естественно, и вопросы, связанные со Святым престолом. В то же.

4 Лозинский С. Г. История папства. — 3 изд. — М., 1986. — С. 161.

5 Девятайкина Н. И. Рим или Авиньон: спор Петрарки с французским кардиналом// Феномены истории. К 70-летию Всеволода Львовича Керова. Сборник статей. — М., 1996. — С. 82−83.

6 Баткин Л. М. Данте и его время. Поэт и политика. — М.: Издательство «Наука», 1965. время за последнее десятилетие можно выделить лишь одну работу, которая действительно затрагивает интересующий нас период в истории папства. Речь идет о диссертации И. П. Потехиной из Санкт-Петербургского университета «Административно-финансовая система Св. Престола в период авиньонского пленения пап», представленной к защите в 2005 году. И хотя данное исследование посвящено иному аспекту деятельности авиньонского двора, оно неизбежно затрагивает интересующие нас вопросы, более того, сам факт его появления говорит о существующем в современной российской исторической науке интересе к этой теме, а значит, и об актуальности настоящей работы. Более того, стоит отметить, что, несмотря на очевидное знакомство с современной историографией вышеупомянутого периода в истории папства, ученый все же считает вполне обоснованным утверждение о «почти полной политической зависимости авиньонских понтификов от французской короны», а следовательно, необходимость проведения исследования политической составляющей жизни авиньонского двора является очевидной.

Изучению истории европейских стран в отечественной исторической науке уделялось значительно больше внимания, результатом чего было появление многочисленных статей и отдельных монографий, рассматривающих различные аспекты эволюции государств Западной Европы. Так, стоит выделить такие классические труды, как «История Франции» под редакцией А. З. Манфреда, «История Англии в средние века» В. В. Штокмар, сборник «История Италии», в создании которого принимали участие В. И. Рутенбург, Л. А. Котельникова и Е. В. Вернадская, а также «История дипломатии» и «История Европы с древнейших времен до наших о дней». Данные исследования дают общую картину международной жизни.

7 Потехина И. П. Административно-финансовая система Св. Престола в период авиньонского пленения пап. Автореферат. — Санкт-Петербургский Государственный Университет, 2005. — С.З.

8 История Франции. В 3 тт. — Т. 1. — М.: Издательство «Наука», 1972; Штокмар В. В. История Англии в средние века. — 2 изд. — Санкт-Петербург: Издательство «Алетейя», 2005; История Италии. В 3 тт. — Т. 1. -М.: Наука, 1970; История дипломатии. В 3-х тт. — Т.1. — М.: Государственное издательство политической литературы, 1959; История Европы с древнейших времен до наших дней. Том второй. Средневековая Европа. — М.: Наука, 1992.

Западной Европы в XIV веке, позволяют воссоздать контекст, в котором развивались взаимоотношения папства и крупнейших христианских государств. И хотя упоминания «авиньонских пап» встречаются в них достаточно редко, ценность данных трудов для нашей работы является несомненной. При этом, однако, не стоит забывать, что все они создавались в начале 70-х годов XX столетия, в период господства жесткого формационного подхода, а потому характер отбора и подачи информации в них четко обусловлен требованиями, предъявлявшимися к исторической науке в советский период. Лишь в конце прошлого века начало наблюдаться возрождение интереса к политической составляющей истории, результатом чего стало появление целого ряда специализированных исследований, по-новому интерпретирующих и оценивающих отдельные аспекты международной жизни средневековой Европы, в число которых входят, например, статьи М. А. Бойцова, О. И. Варьяш, Е.В. Калмыковой9.

Анализируя общие труды, посвященные вопросам внешней политики XIV века, необходимо уделить особое внимание серии статей и монографий Н. И. Басовской, рассматривающих различные составляющие военно-дипломатической истории Столетней войны10. Представленное в них подробное и разностороннее исследование причин, приведших к эскалации данного конфликта, взаимоотношений многочисленных участников этого противостояния, а также эволюции его двух главных героев, помогает адекватно оценить реальную роль Англии и Франции в международной жизни Западной Европы данного периода, что, в свою очередь, облегчает анализ взаимоотношений правителей данных государств со Святым.

9 Бойцов М. А. Золотая булла 1356 г. и королевская власть в Германии во второй половине XIV в.// Средние века. Сборник. Выпуск 52. — Москва: Издательство «Наука», 1989. — С.25−46- Варьяш О. И. Двор и династические конфликты Пиренейского средневековья// Двор монарха в средневековой Европе. Явление. Модель. Среда. — Т. 1. — М., Спб.: Алетейя, 2001. — С.81−92- Калмыкова Е. В. Столетняя война и формирование английского национального самосознания// Средние века. Выпуск. 62. — М.: Наука, 2001. — С. 103−119.

10 См. Басовская Н. И. Англия и Франция в международной жизни Западной Европы ХП-ХУ вв.// Средние века. — Выпуск 51. — М.: Издательство «Наука», 1988. — С.5−22- Англо-французские противоречия конца XIII—XIV вв. и страны Пиренейского полуострова// Цель истории — история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С. 170−186- Столетняя война: леопард против лилии. — М.: Издательство «Олимп», 2002, и т Столетняя война: леопард против лилии. — М.: Издательство «Олимп», 2002, и т. д. престолом. Естественно, все вышеупомянутые работы имеют лишь косвенное отношение к историографии авиньонского папства, ведь средневековые понтифики упоминаются в них просто как один из многочисленных элементов мозаики, которую представляла собой политическая жизнь Европы ХШ-Х1У веках. Однако их ценность, в том числе и для нашего исследования, невозможно недооценить, так как они помогают воссоздать целостную картину европейского мира в период правления так называемых «авиньонских пап», более того, позволяют восстановить причинно-следственные связи, определявшие поведение главных участников международной жизни в течение всего интересующего нас периода. При этом, однако, стоит отметить, что лишь немногие авторы вышеупомянутых исследований уделяли особое внимание роли папства в изучаемых ими внешнеполитических отношениях западноевропейского общества. Таким образом, необходимо признать, что, несмотря на очевидный интерес отечественных исследователей к международной жизни Западной Европы, в том числе и в период зрелого средневековья, роль одного из ее главных участников — папства — продолжает оставаться в значительной мере неизученной. В то же время без понимания реальных функций и сферы влияния Святого престола в данный период невозможно, как нам кажется, дать адекватную оценку политики и взаимоотношений западноевропейских государств.

В зарубежной исторической литературе сложилась совершенно иная ситуация, и в ней интерес к феномену «авиньонского папства» и различных аспектов его деятельности оставался постоянным, начиная с самого момента его возникновения. Уже современники понтификов предпринимали попытки оценить политику Святого престола, определить причины и последствия проводимой понтификами политики. Именно в данный период и возник хорошо известный нам негативный образ «авиньонских пап», основанный на так называемой «итальянской версии» событий, в течение нескольких веков оказывавшей решающее влияние на историографию этого вопроса.

Представленная в хронике «История Флоренции» Дж. Виллани, долгое время являвшейся одним из основных источников информации об авиньонском периоде для большинства исследователей, она включала в себя целый ряд свидетельств, призванных подтвердить факт полной зависимости Климента V, а также и его преемников от французской короны11. Другой современник авиньонских понтификов был автором по сути своей негативного выражения — «вавилонское пленение», — которое и по сей день нередко используется исследователями при описании этого этапа в истории Святого престола.

Именно сочинения, созданные в первые столетия после завершения так называемого «вавилонского пленения» папства, и были в дальнейшем активно использованы при создании как общих исследований истории римской католической церкви, так и специальных трудов по данному феномену. При этом в рамках данной группы исторических работ можно с уверенностью выделить два основных направлениях в интепретации авиньонского периода. Ряд ученых XIX в., в число которых входили Ж.Б.

Жуду, Л. Миро, А. Хаук, продолжили уже ставшую традиционной к этому периоду «про-итальянскую» точку зрения о полной зависимости понтификов.

XIV века от прихотей французской короны. И хотя авторы данных работ не предпринимали серьезных попыток провести научный анализ внешнеполитической деятельности Святого престола в интересующий нас период, представленный в их трудах негативный образ авиньонских пап «как.

10 робко зависимых от французского двора" косвенным образом являлся и оценкой папской политики.

Появление второго направления в историографии авиньонского папства стало возможным благодаря публикации целого ряда источников, неизвестных ранее исследователям. Первой попыткой представить более объективный взгляд на авиньонское папство и его деятельность стало собрание текстов «Укае Рарагиш Ауешопегшит» Э. Балюза (1693). Согласно.

11 Виллани Дж. Новая хроника, или История Флоренции / Пер. с ит. М., 1997.

12 Hallam Н. View of the State of Europe during the Middle Ages. — ed. l 1. — Vol. II. — London, 1855. -P. 233. предисловию издателя, данный двухтомный труд был опубликован именно для восстановления престижа вышеупомянутых пап. Более того, представленный им анализ предшествовавших сочинений по данному вопросу наглядно показывал, что так называемая «общепринятая версия» оценки авиньонского периода являлась, по существу, повторением итальянской трактовки событий, и была не только предвзятой, но и во многом необоснованной. Следующим значительным вкладом в процесс исследования «авиньонского вопроса» бесспорно можно считать публикацию Ж.-Ф. Рабани архивного документа, проливавшего свет на маршрут архиепископа, будущего Климента V, в 1305 году и убедительно опровергавшего версию Виллани. Необходимо отметить, что ученому пришлось трижды публиковать данное свидетельство, прежде чем оно было замечено и по достоинству оценено научным сообществом, сначала в статье «Entrevue de Clement V et Philippe le Bel a St. Jean d’Angely» (сборник «Travaux de la Commission des monuments historiques de la Gironde» за 18 461 847 гг.), затем в сочинении «Itineraire de Clement V, pendant l’annee qui preceda son avenement au St. Siege» (1850 г.) и в книге «Clement V et Philippe le Bel. Lettre a M. Charles Daremberg sur l’Entrevue de Philippe le Bel et Bertrand de Got a St. Jean d’Angeli» (1858 г.). Именно благодаря этим публикациям исследователи постепенно начинали отказываться от однозначно негативной и достаточно поверхностной оценки авиньонского двора в пользу более разностороннего и непредвзятого анализа его статуса и деятельности.

Можно предположить, что историческое сообщество в середине XIX века уже было готово к кардинальным изменениям в оценке и интепретации основных аспектов жизни и деятельности авиньонского двора. Именно в этот период появляются первые научные исследования данного периода в истории Святого престола, основывающиеся на беспристрастном анализе имеющихся источников, а не простом повторении традиционной версии. Так, в известном труде Дёллингера по истории церкви «Lehrbuch der.

Kirchengeschichte", появившемся за несколько лет до публикации Рабани, была предпринята попытка окончательно опровергнуть версию Виллани, на которой, как мы уже упоминали, и строились все предыдущие сочинения по истории авиньонского папства13. Ж.-Б. Кристоф, автор трехтомного исследования «Histoire de la Papaute pendant le XlVe siecle» (1853 г.), преследовал еще более трудноосуществимую цель — дать объективную и непредвзятую оценку деятельности римской курии в интересующий нас период, даже если результаты его анализа будут идти вразрез с общепринятой точкой зрения по данному вопросу. Отметив огромную роль, которую сыграли национальные и религиозные предрассудки в формировании образа авиньонского двора в исторической литературе, он вполне обоснованно утверждал, что понтификов данного периода «нельзя обвинить в недостатке величия или независимости, ведь именно благодаря им был завершен корпус канонического права, появился вселенский собор, были вновь завоеваны церковные владения, побеждена партия гибеллинов, низложен Людовик Баварский и избрано два других императора». В то же время Ж.-Б. Кристоф отказывался впадать в другую крайность и настаивать на абсолютной власти Святого престола, соглашаясь с определенной обоснованностью обвинений современников авиньонских пап и признавая, что если бы большинство правителей были подобны Филиппу, «папство, вполне возможно, попало бы в рабство"14. Появление подобных исследований бесспорно предвещало полный пересмотр взглядов на данный период в истории римской курии.

К числу таких работ «нового типа» можно отнести и труд немецкого исследователя К. Хёфлера, ученика Дёллингера, который в 1871 году в венском издании «Almanach der Kaiserlichen Akademie der Wissenschaften» опубликовал статью под названием «Die avignonesische Papste, ihr Machtfulle und ihr Untergang». Подобно своему учителю, он отказывался от.

13 Dollinger J.J.J. Lehrbuch der Kirchengeschichte. T.II. — [s.l.], 1838. — P.278n.

14 Christophe J.-B. Histoire de la Papaute pendant le XlVe siecle. — Paris, 1853. — V. I, pp. IV-V, 412−416 — V. II, p. 365 традиционной однозначной оценки авиньонского двора, основанной, прежде всего, на предвзятых высказываниях его итальянских современников, отдавая предпочтение анализу и интепретации реальных действий понтификов. В результате, ученый пришел к несколько удивительному для исторической науки того времени, но вполне обоснованному выводу о том, что для папства данный период был не «как считалось ранее, состоянием вынужденного рабства пап, а скорее времем их наивысшего абсолютизма». Что касается точки зрения его предшественников по данному вопросу, он считал ее по существу про-итальянской, и настаивал на том, что она больше не выдерживала критики «в свете новых открытий"15.

В то же время приходится признать, что и на данном этапе в исторической науке продолжал превалировать традиционный негативный образ авиньонского папства и всех аспектов его деятельности. Так, даже в таких фундаментальных и авторитетных трудах, как исследование «Всемирная история» JI. фон Ранке и «История Франции» Ж. Мишле, оценка политики Святого престола в данный период все еще продолжала основываться преимущественно на данных, полученных историками из хроники Виллани. Таким образом, и во второй половине XIX века, несмотря на публикацию целого ряда свидетельств, опровергавших общепринятую точку зрения на авиньонских понтификов, многие историки продолжали оставаться сторонниками вышеупомянутой «итальянской версии» папской истории XIV века. Одними из наиболее последовательных приверженцев подобной интепретации данного этапа в истории римской церкви были немецкие исследователи, более того, в период франко-прусской войны 1870 года стремление трактовать французское влияние в негативном ключе стало в их работах особенно очевидным. Открыто враждебное отношение к авиньонскому периоду прослеживается в большинстве трудов историков-протестантов, так, В. Мартен в своем сочинении «Die Beziehungen der.

15 Hofler C. Die avignonesische Papste, ihr Machtfulle und ihr Untergang// Almanach der Kaiserlichen Akademie der Wissenschaften. — Vol. XXI. — Wien, 1871. — P. 231−285.

Uberordnung, Nebenordnung und Unterordnung zwischen Kirche und Staat" настаивал на том, что Климент V управлял лишь «с позволения французских государей» 16. Точно так же и много раз переиздававшийся труд А. Хаука «Kirchengeschichte Deutschlands», одно из наиболее авторитетных сочинений в данной области, представлял авиньонское папство как «длительную.

1П зависимость от чужой власти, от французской политики". Даже в католических учебниках, издававшихся в Германии, данный период в истории папства продолжали описывать как «вавилонское пленение», а значит, и деятельность авиньонских понтификов расценивалась, прежде всего, как результат влияния на них французской короны.

Во французской историографии второй половины XIX века также продолжали встречаться исследования, авторы которых настаивали на правомочности и обоснованности традиционной интепретации авиньонского периода в истории римской католической церкви. Так, аббат Андре, автор сочинения «Histoire Politique de la Monarchie Pontificale au XlVe siecle» (1845) утверждал, что «при Клименте V папство было слабым, беспомощным, неспособным добиться никаких результатов и всегда, как можно себе представить, готовым к услугам своего покупателя». В то же время, в отличие от своих многочисленных предшественников, он признавал, что зависимость Святого престола в данный период была далеко не полной и не постоянной, более того, что именно усилия этого «великого института» спасли Францию от английского вторжения18. По преимуществу негативной была и оценка политики авиньонских понтификов, представленная JL Миро в работе «La politique pontificale et le retour du Saint Siege a Rome, en 1376» (1899). Автор данного сочинения основывал свой анализ деятельности Святого престола в данный период, исходя из предпосылки, что «упадок папства последовал вскоре после унижения Империи. Ему не удалось.

16 Marten W. Die Beziehungen der Uberordnung, Nebenordnung und Unterordnung zwischen Kirche und Staat. -Stuttgart, 1877.-P.46.

17 Hauck A. Kirchengeschichte Deutschlands. — T.V. — [s.l.], 1911. — P. 469.

18 Andre J.-F. (abbe). Histoire politique de la monarchie pontificale au XlVe siecle, ou la papaute a Avignon. -Paris: Chez Vaton, 1845. — PP. II, 48. насладиться своей победой, и папство попало под зависимость французских королей, покинув Италию как раз в тот момент, когда от нее отказались и императоры"19. И даже в труде Ж. Лизерана 1910 года еще высказывалась мысль о том, что история Виллани «не полностью придумана», и зависимость авиньонских понтификов от французской короны была вполне реальной20.

В то же время в конце XIX века в трудах целого ряда исследователей начала появляться более справедливая, уравновешенная оценка авиньонского периода в истории пап, и ярким примером этой тенденции может служить превосходное исследование К. Венка «Clemens V und Heinrich V. Die Anfange des Franzosischen Papsttums. Ein Beitrag zur Geschichte des 14Jahrhunderts» (1882). Не менее интересно в этом плане и известнейшая работа д-ра JI. Пастора «Histoire des Papes depuis la fin du Moyen age», первое издание которого появилось в 1886 году. В нем была предпринята серьезная попытка непредвзято оценить авиньонский период в истории папства, представив все возможные причины тех или иных решений, принятых папами, а также их последствия, как отрицательные, так и положительные. «Все чаще и чаще. высказывалась мысль о том, что глава церкви был ничем иным, как подневольным инструментом французской политики, и эта идея нанесла серьезный удар по тому глубочайшему уважению, которым всегда пользовались папы. Естественно, эти подозрения далеко не всегда основывались на реальных фактах, но они неумолимо ослабляли столь незыблемую и универсальную веру в главу римской католической.

91 церкви." Таким образом, к началу XX столетия исследователи начали предпринимать попытки провести более тщательный анализ положения авиньонских понтификов в обществе, перестав, наконец, смешивать негативный образ Святого престола XIV века, сложившийся стараниями ряда современников, и его реальную деятельность.

19 Mirot L. La politique pontificale et le retour du Saint Siege a Rome, en 1376. — P., 1899. — P.l.

20 Lizerand G. Clement V et Philippe IV le Bel. — Paris, 1910. — P. 22−23.

21 Pastor L. (Dr.). Histoire des Papes depuis la fin du Moyen age. T. I. — P., 1925. — P.75.

Последовавшие за данным сочинением исследования, посвященные истории папства вообще или авиньонскому периоду в частности, в большинстве своем выходили из-под пера французских историков. При этом авторы все чаще разделяли позицию вышеупомянутого Ж.-Б. Кристофа, призывавшего к непредвзятой оценке деятельности авиньонских понтификов и их взаимоотношений со светскими правителями, включая и французских монархов. Фактически, именно вторая половина XIX столетия стала по-натсоящему переломным моментом в историографии интересующего нас вопроса. Одним из наиболее наглядных и убедительных примеров нового подхода к интерпретации авиньонского папства в данный период можно считать статью Э. Ренана «La Papaute hors de l’Italie», опубликованную в 1880 году в журнале «Revue des Deux Mondes». Ее автор утверждал, что «полностью избавить папство от французского влияния было невозможно. Замечательно то, что эти папы, бесспорно униженные с тех пор, как им пришлось отпустить грехи Валуа и Ногаре, в остальной Европе были сильными и могущественными. Власть римских понтификов становилась все более и более абсолютной.». Фактически, Э. Ренан был одним из первых историков, попытавшихся с научной точки зрения проанализировать внешнеполитическую деятельность авиньонских понтификов, не ограничиваясь традиционными клише и общими фразами. Более того, он точно подметил неоднозначность положения Святого престола в данный период, это уникальное сочетание бессилия и всевластия, которое нередко наблюдалось в его внешней политике. Вот почему, хотя данная статья носила по преимуществу повествовательный характер, ее вклад в эволюцию историографии интересующего нас вопроса невозможно недооценить.

Стремление проанализировать все аспекты деятельности папства в интересующий нас период, как негативные, так и позитивные, было движущей силой исследований монсеньера Г. Молла — одного из известнейших специалистов по авиньонскому папству. Начало его.

22 Renan E. La papaute hors de l’Italie// Revue des deux mondes. Vol. 38. — P., 1880. — P. 108−136. исключительно плодотворной исторической деятельности было положено публикацией ряда выпусков сборника «Lettres Communes de Jean XXII» (1904;46), который должен был охватить примерно 50 ООО писем данного понтифика. В это же время в 4−5 томах журнала «Revue d’Histoire Ecclesiastique» он опубликовал первую из множества статей, посвященных изучению деятельности авиньонских понтификов, — 'Jean XXII fut-il un avare?'. Важнейшим результатом его многолетних исследований и преподавательской деятельности в качестве профессора церковной истории стала его известнейшая работа «Les Papes d’Avignon», десять раз переиздававшаяся еще при жизни автора. Необходимо признать, что данное сочинение, подобно большинству исследований этого периода, носило не столько аналитический, сколько наративный характер. Ведь основная задача, которую ставил перед собой автор, заключалась в воссоздании максимально подробной и, по возможности, непредвзятой картины правления авиньонских пап, тем самым, предоставляя другим исследователям возможность в дальнейшем выносить более обоснованные и адекватные суждения о вышеуказанном периоде в истории Святого престола. «С авиньонских пап было снято обвинение в том, что они унижались перед Францией и слишком приспосабливали свою общую политику для удовлетворения потребностей французского королевства. Необходимо изучать всю картину в целом. В сфере дипломатических отношений авиньонские папы обладали реальной независимостью, как на востоке, так и на западе, и их политика преследовала тройную цель: умиротворение Европы, завоевание Святой земли и возвращение папских владений» 23. Именно в этом исследовании впервые был проведен наиболее комплексный анализ аспектов внешнеполитической деятельности авиньонского двора. И хотя характер данного сочинения скорее наративный, нежели аналитический, его ценность для нашего исследования не вызывает никаких сомнений.

23 Mollat G. Les papes d’Avignon (1305−1378). — P., 1920. — P. 400−401.

Также в этом историографическом обзоре стоит отметить и упомянутые ранее многочисленные статьи Г. Молла, посвященные отдельным аспектам политики Святого престола в XIV столетии, которые внесли неоценимый вклад в воссоздание общей картины данного периода в истории папства, значительно отличвашейся от его традиционной интерпретации24. Важнейшим этапом данной эволюции стала публикация ученым нового издания «Vitae Paparum Avenionensium» Балюза с комментариями ученого, в которое было внесено множество крайне необходимых исправлений. Именно оно (а не оригинал данного собрания текстов) уже свыше ста лет является одним из основных и обязательных источников для любого исследования, так или иначе затрагивающего вопросы, связанные с авиньонским папством. Более того, в шестидесятых годах Г. Молла совместно с Ж. Глениссоном начал публикацию своей новой фундаментальной работы «L'Administration des Etats de l’Eglise au XlVe siecle» (в 1964 году свет увидел первый том этого труда), однако смерть ученого в 1968 году прервала работы в данном направлении.

Необходимо отметить, что в течение XX века исследователи продолжали уделять определенное внимание изучению интересующего нас вопроса. В большинстве случаев речь шла о небольших статьях в специальных исторических изданиях или отдельных главах в исследованиях, посвященных истории церкви или папства в общем. Среди подобных работ особый интерес для нас представляет исследование Р. У. Саузерна, президента Королевского исторического общества, «L'eglise et la societe dans l’Occident medieval». Этот труд посвящен изучению взаимоотношений между церковью и средневековым западным обществом, а также внутренней структуре римской католической церкви. Затрагивает он, естественным.

24 Среди вышеупомянутых статей Г. Молла особенно стоит отметить: Albornoz et le mode de gouvernement des Etats de l’Eglise (1353−1367)// Journal des Savants, 1967. — Paris: Librairie C. Klincksieck. — p.43−48- Avignon et Rome aux XlVe et XVe siecles// Revue des sciences religieuses, I (1921). — p.170−177- Clement VI et la Peninsule Iberique// Journal des Savants, juill. — sept. 1960. — Paris: Librairie C. Klincksieck. — p.122−129- Contribution a l’histoire du Sacre College de Clement V a Eugene IV// Revue d’Histoire Ecclesiastique. — T.XLVI. -Louvain-Leuven: Bureaux de la revue, Bibliotheque de l’Universite, 1951. — P.22−112, 566−594- La diplomatie pontificale au XlVe siecle// Melanges d’histoire du Moyen Age. — P.: PUF, 1951. — P.507−512, и т. п. образом, и авиньонский период в истории папства, который, в представлении Р. Саузерна, являлся одним из наиболее позитивных, даже решающих моментов в его эволюции. Оценивая переезд Святого престола из Рима в Авиньон, прежде всего, с точки зрения выгоды для самого папского двора, ученый отмечал, что «во многих отношениях это было очень правильным решением. Это правда, что Авиньон не слишком стимулировал духовный рост сообщества верующих, и пылкие умы мечтали вернуться в Рим. Но великие идеи не особенно помогли папству в предыдущие годы, а если его работа должна была состоять главным образом из повседневной рутины юридических дел, и в данный момент избежать этого не было никакой возможности, тогда Авиньон подходил на роль центра значительно лучше, лг чем Рим». Особый интерес для нас представляет краткий анализ международной политики средневекового папства, в которой автор наглядно, хоть и несколько схематично обрисовал различные функции, на которые претендовал Святой престол, а также его реальные возможности в данной сфере. Таким образом, несмотря на то, что работа Р. Саузерна лишь вкратце затрагивает интересующий нас вопрос, ее присутствие в историографии деятельности авиньонских понтификов кажется нам абсолютно обоснованным, более того, обязательным.

Характерной чертой западной историографии «авиньонского вопроса» в прошлом веке являлось то, что современные исследователи, в отличие от их предшественников, были заинтересованы не столько поиском новых источников, сколько подробнейшим изучением отдельных аспектов жизни и деятельности авиньонского двора. Именно такого типа исследования вышли из-под пера двух главных специалистов в этом вопросе во второй половине двадцатого столетия: И. Ренуара и Б. Гийемэна. Так, И. Ренуар уделял особое внимание изучению, прежде всего, коммерческим отношениям авиньонских пап с окружающим их миром. Результатом этих исследований стало.

25 Southern R.W. L’eglise et la societe dans l’Occident medieval. — P., 1997. — P. 111.

26 Ibidem. -P.120−126. появление монографии «Les relations des papes d’Avignon et des compagnies commerciales et bancaires» (1941), представлявшей собой довольно детальный анализ всех аспектов финансовой деятельности Святого престола в данный период. Естественно, изучение этой отдельной сферы жизни авиньонского двора неизбежно привело ученого к исследованию и других его функций, что, в конечном итоге, вылилось в появление краткого, но от этого не менее ценного общего исследования «La papaute a Avignon» (1954). Рассматривая продолжительное пребывание понтификов в Авиньоне, прежде всего, в положительном ключе, Ренуар был одним из первых историков, признавших, что именно мир и спокойствие, которые предлагал Святому престолу данный город, а также, быть может, и помощь французской короны позволили папству «превратить церковь в подлинную папскую монархию"27.

Практически в то же время научная общественность получила возможность ознакомиться и с трудом Б. Гийемэна «La Cour Pontificale d’Avignon 1309 — 1376. Etudes d’une Societe» (1962). Профессор факультета словесности и гуманитарных наук в Бордо представил на суд публики фундаментальное социологическое исследование папского двора в Авиньоне, включающее в себя не только биографии самих авиньонских пап, но и подробное описание всех остальных составляющих данной социальной единицы. Уникальная по своему масштабу, эта монография до мельчайших подробностей воссоздает все ближайшее окружение понтификов, тем самым, оказывая неоценимую помощь всем последующим поколениям исследователей. В то же время вопросы, связанные с политической деятельностью папского двора данное исследование затрагивает только косвенно, используя их лишь как способ пролить свет на те или иные особенности социального аспекта этого феномена. Наконец, последняя крупная монография, посвященная интересующему нас периоду, представляет собой 500-страничное, детальнейшее исследование Ш. Вайса о снабжении папского двора в Авиньоне продуктами питания, в котором.

27 Renouard Y. La papaute a Avignon. — P.: PUF, 1969. — P.133. политическая составляющая деятельности Святого престола традиционно.

ЛО для работ второй половины XX века) остается за пределами анализа .

При оценке зарубежной исторической литературы по истории «авиньонского папства» необходимо отметить, кроме всего прочего, также яркую национальную выраженность работ. Так, немецкие и итальянские историки в большинстве своем очень негативно относились к авиньонским понтификам, продолжая придерживаться традиционной точки зрения на данный вопрос, даже несмотря на публикации все новых и новых доказательств ее неправомочности. Французским же исследователям было свойственна постепенная смена позиций в сторону более позитивного восприятия деятельности Святого престола в вышеупомянутый период. Однако поиски новых свидетельств и постепенная переоценка уже известных источников способствовали изменению общепринятых представлений, не только во Франции, но и за ее пределами. И анализ последних исследований позволяет надеяться, что «европейская» историческая наука уже отказалась от попыток поставить оценку феномену авиньонского двора в пользу детального и непредвзятого анализа его структуры, его разносторонней деятельности, а также и его роли в жизни средневековой Европы.

Особое место в данном историографическом обзоре занимают исследовательские работы, посвященные изучению различных аспектов эволюции политических и религиозных теорий в средние века. Особенно стоит выделить, например, работу Дж. Бёрнса, представляющую собой обширный и подробный экскурс в историю «средневековой политической мысли"29. Ценность данного исследования для нашей работы заключается в том, что оно позволяет оценить контекст возникновения основных теорий, обуславливавших характер взаимоотношений между светской и духовной властью на различных этапах эволюции средневекового христианского общества. Не менее значимы для нашей работы два взаимодополняющих.

28 Weiss S. Die Versorgung des papstlichen Hofes in Avignon mit Lebensmitteln (1316−1378). Studien zur Sozial-und Wirtschaftsgeschichte eines mittelalterlichen Hofes. — Berlin: Akademie Verlag, 2002.

29 Burns J.H. Histoire de la pensee politique medievale, 350−1450. — P.: Presses Universitaires de France, 1993. труда M. Пако «La Theocratie. L’Eglise et le Pouvoir au Moyen Age» и И. Конгара «L'Eglise. De saint Augustin a l’epoque moderne"30. Представленный в них комплексный и разносторонний анализ основных направлений развития религиозной мысли, а также неразрывно связанных с ними «про-государственных» теорий, помогает восстановить теоретическую составляющую отношений, складывавшихся в средневековье между представителями духовной и светской власти. И наконец, значительную помощь в изучении правовых аспектов данных взаимоотношений оказывают многочисленные статьи и монографии В. Ульманна, в которых особое внимание уделяется развитию юридических и дипломатических функций средневекового папства31. Вышеперечисленные исследования, в совокупности с общими работами по политической истории, помогают исследователю воссоздать и оценить контекст, в котором и происходила внешнеполитическая деятельность папского двора, являющаяся предметом данной работы.

Зарубежные труды по истории стран Западной Европы представляют собой еще более многочисленную группу, полный и всеобъемлющий анализ которой практически невозможен. В то же время, как и в случае с отечественной историографией, данные работы позволяют восстановить общую картину эволюции европейских государств в период зрелого средневековья, а также их взаимоотношений, как друг с другом, так и со Святым престолом. И несмотря на то, что в нашем историографическом обзоре мы смогли охватить лишь малую часть этого массивного корпуса исторической литературы, прежде всего, общие труды по истории крупнейших стран Западной Европы (работы М. Блока, Ж. Ле Гоффа, Дж.

30 Pacaut M. La Theocratie. L’Eglise et le Pouvoir au Moyen Age. — Paris: Desclee, 1989; Congar Y. L’Eglise. De saint Augustin a l’epoque moderne. — Paris: Les editions du Cerf, 1970.

Особое внимание стоит уделить таким статьям, как: Avignon Papacy// New Catholic Encyclopedia I (1957). -p.l 133−1136- The Growth of Papal Government in the Middle Ages. A Study in the Ideological Relation of Clerical to Lay Power. — London, 1970; The Medieval Papal court as an International Tribunal// The Papacy and Political Ideas in the Middle Ages. London: Variorum Reprints, 1976. — P.356−371- The Origins of the Great Schism. A study in the fourteenth-century ecclesiastical history. — London: Bums Oates & Washboume Ltd., 1948.

Хиллгарта, Дж. Фавье, М. МакКизака и других)32, невозможно недооценить их значение для изучения роли папского двора в международной жизни средневекового христианского мира.

В то же время необходимо отметить, что во второй половине двадцатого века так называемая «глобальная» история уступила место истории более узкой, «локальной». Нельзя не заметить и спад интереса к политической составляющей данного вопроса. Она постепенно отошла на второй план, уступив свое место более популярным, если можно так выразиться, антропологическим и социальным аспектам. Более того, многие историки прошлого столетия верили, что «.живучесть политической истории, кроме ее современной составляющей, объясняется той простотой, с которой историк, даже любитель или новичок, может ее писать, используя повествования соответствующей эпохи и внося в них определенные изменения и дополнения, благодаря данным из государственных архивов. Представляя собой легкоусваиваемый продукт, идеальный для вечно спешащей и недалекой публики, оно является, в значительной степени, выражением определенной умственной лени читателей (простительный грех), но также, и прежде всего, авторов"33. Данная тенденция прослеживалась отнюдь не только в историографии интересующего нас «авиньонского вопроса», скорее речь идет о глобальных переменах, охвативших все сферы исторической науки.

Фактически, лишь в конце двадцатого столетия историки вновь начали обращаться к политической составляющей мировой истории, воспринимая ее, прежде всего, как «историю властей и Власти. Более того, одновременно с распространением концепции расщепления истории, ее политическая составляющая была признана относительно автономной от всех.

32 Bloch M. La Societe feodale. — P.: ed. Albin Michel, 1994. — 702 p.- Le Goff J. Pour un autre Moyen Age. — P.: Gallimard, 1977. — 420 p. — Hillgarth J.N. Spain and the Mediterranean in the Later Middle Ages: Studies in Political and Intellectual History. — Aldershot, Hampshire, Great BritainBurlington, Vt.: Ashgate Variorum, 2003. — Favier, J. La Guerre de Cent ans. — Paris: Fayard, 1980; McKisack M. The Fourteenth Century, 1307−1399. — Oxford, 1959.

33 Histoire de la France rurale, ed. G.Duby. — Paris, 1976. остальных"34. В этом плане особым значением для данного историографического обзора обладают многочисленные труды Ф. Контамина, в том числе «La France aux XlVe et XVe siecle. Hommes, mentalites, guerre et paix», «Guerre et concurrence entre les Etats europeens du XlVe au XVIIIe siecle», «Le Moyen Age. Le roi, l’Eglise, les grands, le peuple 481−1514». Бесспорно, в его работах не уделяется особого внимания «авиньонскому папству», однако именно в них была предпринята реальная попытка по-новому взглянуть на политическую историю европейского общества, что во многом предопределило направление дальнейшего развития современной исторической мысли. О постепенном возрождении интереса научного сообщества к политической составляющей истории свидетельствует также и появление в течение последних нескольких лет целого ряда общих работ по политической истории европейских государств, включая труды Ж.-П. Жене, JI. Манжо, М. Парисса и других36. И все же приходится признать, что хотя достижения многочисленных зарубежных исследователей, проделавших фундаментальную работу по изучению истории средневековой Европы, не вызывают сомнения, проведение современного комплексного анализа реальной роли авиньонского двора является сегодня как нельзя более актуальным. Изучение последних публикаций в данной сфере позволяет утверждать, что необходимость нового исследования папства, как одного из ключевых участников международной жизни средневековья, обуславливается общей тенденцией к новой интерпретации и оценке политической составляющей истории западноевропейских стран, наблюдающейся в исторической науке.

Источниковую базу данной работы составили жизнеописания понтификов и их официальная корреспонденция. Специфика используемой.

34 Contamine P. Des pouvoirs en France — 1300−1500. — Paris: Presses de l’Ecole Normale Superieure, 1992. — P.13.

35 Исследования Ф. Контамина: La France aux XlVe et XVe siecle. Hommes, mentalites, guerre et paix. -Londres: Variorum reprints, 1981 — Guerre et concurrence entre les Etats europeens du XlVe au XVIIIe siecle. -Paris: PUF, 1998 — Le Moyen Age. Le roi, l’Eglise, les grands, le peuple 481−1514. — P.: Editions du Seuil, 2002., и т. д.

36 Menjot D. Les Espagnes medievales (409−1474). — Paris: Hachette Education, 2001; Delumeau J-P., Heullant-Donat I. L’Italie au Moyen Age, Ve — XVe siecle. — P.: Hachette, 2000; Genet J-P. Les iles Britanniques au Moyen Age. — P.: Hachette, 2005; Parisse M. Allemagne et Empire au Moyen Age. — P.: Hachette-Education, 2002. источниковой базы обусловлена, прежде всего, самой природой и статусом изучаемого нами исторического феномена. Очевидно, что любая документация, так или иначе связанная со Святым престолом, несет в себе специфическую этическую нагрузку. Так, например, папскую корреспонденцию невозможно рассматривать как источник эпистолярного жанра, по причине того, что любое послание, исходившее от преемников Господа на земле, обладало особой распорядительной функцией.

В первую группу источников входят «Жизнеописания авиньонских пап» («Vitae Paparum Avenionensium») Этьена Балюза, публикация которых в 1693 стало поворотным событием в развитии историографии так называемого «авиньонского папства». Данные «Жизнеописания.» представляют собой собрание латинских биографий так называемых «авиньонских пап», а точнее Климента V, Иоанна XXII, Бенедикта XII, Климента VI, Иннокентия VI, Урбана V, Григория XI и Климента VII. Выход в свет собрания жизнеописаний пап символизировал начало кардинально нового этапа в развитии историографии авиньонского периода. Оно содержало множество ранее малоизвестных или даже практически неизвестных текстов, и его появление вызвало определенный резонанс в кругах светских и церковных эрудитов. Как мы уже упоминали, данная публикация стала началом переоценки позиций, господствовавших на протяжении нескольких столетий, в результате чего во второй половине XIX века, в эпоху возникновения научной историографии, любое серьезное научное исследование «авиньонского периода» было уже немыслимо без использований жизнеописаний пап, опубликованных Балюзом. В то же время, отказываясь от так называемой «итальянской версии» событий, историки XVII, XIX и даже начала XX вв. впадали в другую крайность, безоговорочно принимая «Жизнеописания.» в качестве некоего идеального источника информации об «авиньонском пленении». Между тем, ряд.

Baluzius S. Vitae Paparum Avenionensium. Hoc est Historia Pontificum Romanorum qui in Gallia sederunt ab anno Christi MCCCV usque ad annum MCCCXCIV. 4 vol. P., 1914;1927. специальных исследований ясно показал, что работая с этими текстами историк должен проявлять максимальную осмотрительность и осторожность. И причина этого кроется не только в самой структуре и истории создания сборника, но и в особенностях изучаемого типа источников.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что уже само заглавие способно дезориентировать исследователя. Благодаря ему, создается впечатление, что все балюзовские жизнеописания являются агиографическими произведениями, современными описанным в них событиям, которые были собраны издателем из рукописей или более ранних изданий. Однако данные, полученные Г. Мола, свидетельствуют о том, что процесс создания «Жизнеописаний.», в действительности, был длительным и трудоемким, а характер и природа самих текстов — отнюдь не однозначной38. Подготавливая новую редакцию «Жизнеописаний.», на материалы которой мы и будем опираться в нашем исследовании, ученый предпринял попытку проанализировать все тексты, опубликованные Балюзом, определить их авторов, источники и историческую ценность. И оказалось, что Балюз исследовал около двадцати различных всемирных хроник, после чего скомпоновал готовые биографии из извлеченных из них отдельных фрагментов. Более того, издатель предпочел опубликовать эти фрагменты как отдельные самостоятельные жизнеописания, присвоив каждому определенный, ранее не существовавший порядковый номер. Таким образом, в руках исследователя, желающего использовать «Жизнеописания.», оказываются отнюдь не типичные произведения агиографической литературы, как можно было бы предположить, судя по заглавию издания, а отрывки из целого ряда всемирных хроник. Это неизбежно создает целый ряд дополнительных исследовательских проблем, связанных с самой природой подобных текстов.

Одним из важнейших факторов, который необходимо принимать во внимание при анализе данного типа источника, является особый характер

38 Mollat G. Etude critique sur les Vitae paparum avenionensium d’Etienne Baluze. — P.: Letouzey et Ane, 1917. изложения информации. Описываемые события должны были изложены не только в строго хронологическом порядке, как верно отмечал Б. Гене, но и быть исключительно краткими39. Причина этого была вполне очевидной, ведь традиционно хронисты, стремясь охватить маскимальный период времени, были вынуждены значительно ограничивать объем конкретной информации. В результате, весь рассказ нередко сводился к простому перечислению многочисленных разрозненных фактов и более развернутым становилось лишь повествование о современных автору событиях. Более того, требования жанра сказывались также и на самом процессе отбора информации. Так, уже Сиккард Кремонский отмечал, что хроника есть повествование не обо всех, но лишь о достопамятных «временах, людях и их деяниях», способных служить примером для будущего40. В то же время нельзя не отметить, что представления средневековых хронистов о важных событиях, очевидно, значительно отличались от современных. Так, при изучении отобранных Балюзом «Жизнеописаний.» нередко создается впечатление, что некоторых из авторов-хронистов больше интересуются затмениями и наводнениями, нежели значимыми событиями политической жизни. И наконец, еще одной отличительной чертой традиционных хроник вообще и «Жизнеописаний.» Балюза в частности является тот факт, что их авторы практически не пытались подвергнуть описываемые события даже самому поверхностному анализу, дать им ту или иную оценку.

Это практически полное отсутствие в хрониках каких-либо попыток выяснить причинно-следственные связи между представляемыми явлениями по-разному объяснялось многочисленными исследователями. Одной из наиболее обоснованных интепретаций данного феномена нам представляется утверждение Б. Гене о том, что главная причина подобного кажущегося отсутствия интереса хронистов к анализу заключалась в том, что «литературный жанр, к которому относились все их труды, не.

39 Guenee В. Histoires, annales, chroniques. Essai sur les genres historiques au Moyen Age// Annales, Economies, Societes, Civilisations 28 :4 (1973). — Paris: Armand Colin. — p. 1006−1008.

40 См. Kruger K.H. Die Universalchroniken. — Fase. 16. — Turnhout, [Belgique]: Brepols, 1976. — P.14. предусматривал ничего иного, кроме простого описания фактов"41. Средневековые авторы не испытывали желания вступать на «территорию», многие века воспринимавшуюся как прерогатива теологов, они продолжали считать себе недостойными даже просто излагать факты, не говоря уже об их интепретации. А следовательно, работая с изданием Балюза, исследователю авиньонского периода необходимо помнить о нарративном характере используемых им источников и не стоит надеяться на нечто большее, чем простое повествование о важнейших, «достойных» сохранения для потомства фактов, практически полностью лишенных каких бы то ни было объяснений или оценок.

Кроме того, дополнительные трудности для ученых создают само содержание и структура «Жизнеописаний.» Ведь, как оказывается при ближайшем рассмотрении, Балюз распределил отобранные им фрагменты по отдельным рубрикам: «prima», «secunda», «tertia» и т. п. «vita» того или иного папы. При этом, в процессе классификации жизнеописаний издатель не руководствовался никакими научными принципами. В итоге, основания для отбора тех или иных отрывков хроник и порядок их расположения в сборнике до сих пор так и остаются невыясненными. Более того, Балюз намеренно избегал оставлять какие-либо указания на рукописи, которые находились в его распоряжении в процессе подготовки издания. В своем предисловии он лишь отметил, что использовал материалы, обнаруженные в библиотеках короля, Кольбера, аббатства св. Виктора (Париж), Сорбонны, а также копии, сделанные кардиналом Казаната в Ватикане, а Андре Дюшесном — в различных французских хранилищах. Правда, нельзя не признать несомненной ценности использованных рукописей, большая часть которых датируется XIV веком (т.е. являются современными «авиньонскому периоду»), а наиболее поздние — не позднее второй половины XV века. Однако в отрывках, опубликованных Балюзом, можно лишь изредка обнаружить указания на авторов использованных хроник, что, однако,.

41 Guenee В. Y-a-t-il une historiographie medievale ?// Revue historique. — T.CCLVIII. — Paris, 1977. — P.262. является одним из обязательных условий для определения значения изучаемых источников и их надежности.

Даже после многолетних исследований Г. Молла удалось восстановить имена только нескольких хронистов, среди которых с уверенностью можно говорить об авторстве Птолемея Лукского, а также Генри Диссенхофена, Вернера Хассельбеке и Жана Jla-Порт д’Аннонэ42. Что касается прочих реадкторов, исследователю удалось лишь с уверенностью установить, что четверо из них были французами и трое — итальянцами. В то же время значительная часть хроник, использованных Балюзом, так и остаются анонимными. В результате, современный исследователь оказывается неспособен адекватно определить время и условия возникновения каждого из начальных текстов, установить степень осведомленности хрониста в интересующих нас вопросах, а значит, и выяснить реальную ценность данных источников.

Впрочем, проблемы возникают и применительно к хроникам, авторство которых не вызывает сомнения. Так, например, длительное время исследователи отдавали предпочтение свидетельствам таких сочинений, как «Антология хроник» (четвертое жизнеописание Климента V и третье Иоанна XXII) и «Краткий перечень римских пап» (третье жизнеописание Климента V и второе Иоанна XXII), прежде всего, из-за изобилия содержащихся в них дат и подробностей, а также прекрасного литературного стиля, в котором эти данные были представлены. Однако после более тщательных исследований на первый план вышли совершенно иные тексты, прежде всего «Новая церковная история» Птолемея Лукского, а также хроники Генри Диссенхофена и Вернера Хассельбеке, продолжения труда Птолемея, в настоящее время считающиеся наиболее репрезентативными из всех, содержащихся в собрании Балюза43. Их особая ценность объясняется тем, что их авторы были современниками авиньонских пап, занимавшими.

42 Mollat G. Op. cit.-P.113.

43 Более подробный анализ «Жизнеописаний.», представленных в издании Балюза, можно найти в вышеупомянутом исследовании Г. Молла «Etude critique sur les Vitae paparum avenionensium d’Etienne Baluze». — P.: Letouzey et Ane, 1917. определенное положение в обществе и порой имевшими доступ к конфиденциальной информации, более того, данные сочинения также отличает особенно внимательный подход к описанию событий.

В целом, «Жизнеописания.», при ближайшем рассмотрении, предстает как ценное, но, в то же время, чрезвычайно неоднородное явление, таящее множество загадок для историков. Ведь Балюз не принимал в расчет ни время создания используемых им источников, ни их историческую ценность, ни, тем более, возможную взаимосвязь между ними. В результате, издание, созданное с целью реабилитации авиньонских пап, предлагает своим читателям весьма неравноценные тексты, среди которых встречаются как материалы, отличающиеся исключительной точностью и подробностью, так и крайне лаконичные и не представляющие особого интереса для нас свидетельства. И все же, несмотря на то, что данные, содержащиеся в «Жизнеописаниях.», нередко оказываются неполными, сомнительными, а порой — и сознательно фальсифицированными, это издание продолжает оставаться обязательным источником для любых работ, связанных с авиньонскими папами. Именно по этой причине содержащиеся в нем тексты составили первую группу источников, использовавшихся в данном исследовании.

В то же время очевидно, что для комплексного изучения внешнеполитической деятельности Святого престола данные вышеупомянутых хроник необходимо было дополнить и расширить. Второй группой источников стала официальная корреспонденция папского двора, прежде всего, адресованная понтификами ключевым политическим фигурам того периода. Специфика документации Святого престола обусловила необходимость воспринимать всю эту корреспонденцию, особенно письма, исходящие от главы римской католической церкви, как административно-распорядительные документы и интепретировать их соответствующим образом.

Анализируя данную группу источников, необходимо, прежде всего, отметить, что в течение многих столетий она оставалась абсолютно недоступной для подавляющего большинства историков, что, кстати, не могло не оказать значительного влияния на эволюцию историографии папской истории. Огромная часть папской документации, как известно, хранилась в секретных архивах Ватикана (ASV), доступ в который могли получить лишь немногие избранные, обладавшие достаточной властью и влиянием. Переломным моментом для развития всей исторической науки стало открытие архивов для широкой публики в период правления папы Леона XIII в 1880-х годах, происходившее на фоне всеобщей либерализации в Европе (открытие доступа к архивам Венецианской республики в 1870 г., к фондам Государственного публичного архива в Лондоне в 1874 г. и т. п.). Публикация этого огромного корпуса ранее неизвестных публике архивных документов и стала приоритетной задачей для большинства историков конца XIX — начала XX веков. Начатая самими представителями Святого престола, данная инициатива через десять лет после открытия ASV для публики перешла в руки многочисленных иностранных исследователей, «либо работавших в учреждениях, расположенных в Риме, либо подлинных миссионеров своей родины"44.

Именно в архивах Ватикана хранилось подавляющее большинство документов, вышедших из-под пера различных органов папского аппарата в XIV веке. Данную документацию, по определению Молла, можно распределить на 7 основных категорий. Однако для нашего исследования особый интерес представляет лишь одна из них — группа регистров папских писем, разделенная на 2 серии: 1) так называемые «авиньонские регистры» (Registri Avenionenses — RA), и 2)"ватиканские регистры" (Registri VaticaniRV)45. Необходимо отметить, что в реальности пергаменты RV представляют собой ни что иное, как подлинные копии текстов RA, однако исследователи.

44 Poncet О. Les entreprises editoriales liees aux archives du Saint-Siege. Histoire et bibliographie (1880−2000). -Paris: Ed. de Boccard, 2003. — P. 17.

45 Cm.: Mollat G. Les papes d’Avignon (1305−1378). — 10e ed. — P.: Letouzey et Ane, 1965. — P.570−573. всегда предпочитали работать именно с ними, благодаря их лучшей сохранности и более удобной композиции текстов. В то же время исследователю не стоит забывать, что несмотря на их прекрасное состояние, данные регистры отнюдь не защищены от неточностей и ошибок, как в хронологическом, так и в событийном плане.

Серия RA начинается с периода правления папы Иоанна XXII и охватывает весь авиньонский впериод вплоть до Григория XI. Она состоит из 203 томов, нумерация которых начинается со 2 по 204. В свою очередь, серия RV охватывает период с Климента V до Григория XI и состоит из 253 томов (нумерация с 52 до 290). Представленная в рамках каждой из данных серий корреспонденция состоит из трех категорий писем: «обычных писем» (litterae communes), «писем курии» (litterae de curia) и «секретных писем» (litterae secretae). К первой категории современники авиньонских пап относили в основном повседневную корреспонденцию папской курии (раздачу привилегий, назначения внутри римской католической церкви), вторая включала в себя письма, связанные с законодательной и реформаторской деятельностью понтификов, в третью же категорию входила дипломатическая переписка. Эта последняя группа появилась начиная с правления Иоанна XXII, и под «секретными письмами» в авиньонский период подразумевалась любая папская корреспонденция, касающаяся вопросов политики, администрации и дипломатии (ее адресатами являлись короли и принцы, городские коммуны, архиепископы и епископы, аббаты и главы религиозных орденов, различные папские представители, в том числе легаты, послы, сборщики налогов и т. п.). Именно данный тип папской корреспонденции и лег в основу нашего исследования внешнеполитической деятельности Святого престола. «Секретные письма» понтификов являются идеальным дополнением к первой группе источников — всемирным хроникам, — обогащая сухую хронологическую канву конкретными и значительно более детальными примерами, что позволяет изучить отдельные составляющие папской политики по отношению к государствам Западной.

Европы, выявить индивидуальные особенности поведения определенных понтификов и правителей, проследить эволюцию взаимоотношений между ними.

В то же время, анализируя достоинства данного типа источника, нельзя не отметить и ту особенность, которая значительно затрудняет работу с текстами этих писем: все они представляют собой лишь письма понтификов, при этом ответная корреспонденция, за редкими исключениями, нам недоступна. Невозможно точно и адекватно оценить, какое значение придавали этим письмам их адресаты, насколько эффективной в действительности была данная распорядительная документация. В результате, неострожному исследователю может грозить опасность переоценить реальное могущество Святого престола, а значит, воссоздать искаженную картину положения папского двора в международных отношениях. Более того, как и подавляющее большинство средневековых письменных текстов, папские письма выстраивались по совершенно четкой и строгой структуре, даже выражения, используемые авторами для приветствия своего «собеседника», обращение к нему по тексту письма, форма прощания — все это также было заранее прописано и предопределено поводом, по которому данное письмо отправлялось, статусом получателя и т. п. Таким образом, содержание папской корреспонденции значительным образом ограничивалось уже самой формой, традиционно существующей для подобной документации. И все же ценность данного типа источников для исследования внешнеполитической деятельности остается бесспорной, ведь именно он позволяет более детально изучить отдельные аспекты папской политики, ознакомиться с планами и намерениями авиньонского двора, далеко не все из которых были претворены в жизнь и сохранены хронистами для потомков.

Не менее важным фактором при оценке надежности и ценности подобной группы источников является и то, кто именно занимался обработкой этой огромной массы документов. В данном случае, одним из ключевых участников этого важнейшего для исторической науки процесса публикации папских архивов являлась известнейшая исследовательская г школа Ecole Francaise de Rome (EFR), созданная в 1873 году. Именно ее исследователи, в число которых входили такие известнейшие ученые, как Г. Молла, Ж. Глениссон, JL Миро, наиболее активно работали над редактированием и подготовкой к печати корреспонденции Святого престола XIII—XIV вв. В то же время необходимо отметить, что в первой половине XX столетия члены EFR фокусировали свое внимание только на работе с «секретными письмами», касавшимися Франции, так как множество других иностранных организаций осуществляли подобные проекты по публикации корреспонденции, посвященной их собственным странам. Лишь к середине прошлого века стало очевидным, что от подобного разделения обязанностей страдало, прежде всего, качество окончательного результата, многие страны оказывались неохваченными или охваченными неполностью. В результате представители EFR приступили также и к публикации корреспонденции понтификов, «касавшихся иных стран, чем Франция». Однако огромное количество писем данного типа и их значительный объем предопределили тот факт, что вышеупомянутые «секретные письма» в большинстве своем были опубликованы в виде кратких резюме, позволяющих современному историку ознакомиться с их содержанием лишь в очень общих чертах. А потому в процессе осуществления данного исследования был рассмотрен также ряд архивных материалов, а точнее некоторые из оригиналов «секретных писем», касающихся как Франции, так и других стран, с которыми нам удалось ознакомиться в библиотеке секретных архивов Ватикана. Их более подробный анализ может стать основой для следующего этапа нашей исследовательской работы.

Необходимо отметить, что работа с распорядительной документацией проводилась как в традиционном формате, так и с применением современных технологий. Огромное значение для реализации более эффективного анализа данной группы источников имела возможность использования электронной базы данных «Ut per litteras apostolicas.», созданной с целью предоставления исследователям большей свободы в процессе изучения столь значительной источниковой массы, которую представляет собой документация средневекового папства. Идея этого амбициозного проекта по переносу на CD-Rom всех опубликованных регистров, с намерением в дальнейшем регулярно обновлять эту базу данных по мере появления новых г публикаций Ecole francaise de Rome, возникла еще в 1975 году. Однако лишь в апреле 2002 года первый его этап был завершен выпуском CD-Rom 1 «Ut per litteras apostolicas.», содержавшем, прежде всего, публикации «litterae communae» авиньонских понтификов. В марте же 2005 года свет увидел его второй том, посвященный так называемым «секретным письмам» («lettres secretes et curiales, closes ou patentes»), a значит, представляющий для нашей работы особый интерес. Хочется подчеркнуть, что эта база данных, позволяя значительно ускорить процесс поиска необходимых текстов в огромной общей массе папской корреспонденции XIII и XIV вв., является полезным и практичным инструментом для любого исследователя не только авиньонского папства, но и истории средневекового общества в целом (по крайней мере, в вышеуказанный период). А потому возможность получения доступа к ней, хоть и на последнем этапе нашей работы, способствовала значительно более эффективной работе с данной группой источников.

Анализ использовавшейся в нашем исследовании источниковой базы позволяет сделать вывод, что этот корпус источников обладает необходимой полнотой, достоверностью и репрезентативностью для решения поставленных задач. На его основе мы намеревамся рассмотреть все озвученные в данном введении вопросы, изучение которых, как нам кажется, может принести существенные научные результаты. Структура нашей работы включает в себя три основные главы, в рамках которых поэтапно будут решаться все основные задачи и цели. Первая глава будет посвящена характеристике самого феномена «авиньонского двора», а также его ключевых элементов — понтификов и их ближайшего окружения, коллегии кардиналов, основывающейся, прежде всего, на материалах исторической литературы. Выводы и наблюдения, сделанные в рамках данной главы, позволят затем более полно и адекватно оценивать конкретные примеры внешнеполитической деятельности вышеупомянутых пап. Во второй главе основное внимание будет сфокусировано на роли папства в англо-французском противостоянии XIV века, оказавшем значительное влияние на всю международную жизнь данного периода и являвшимся одним из основных приоритетов внешнеполитической деятельности авиньонских пап. Третья глава будет посвящена взаимоотношениям римской католической церкви с другими западноевропейскими государствами, включая Священную Римскую империю, страны Апеннинского и Пиренейского полуостровов. Данный комплексный анализ внешнеполитической деятельности Святого престола в XIV веке позволит, как мы надеемся, определить реальную роль авиньонского двора в международных отношениях Западной Европы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Многие столетия, оценивая политику авиньонского двора, как внешнюю, так и внутреннюю, исследователи исходили из общей предпосылки о полной зависимости понтификов XIV века от французских монархов, их интересов и желаний, тем самым, неизбежно ограничивая рамки собственных исследований и их ценность для последующих поколений. Проведенный нами комплексный анализ деятельности Святого престола позволяет утверждать, что данный период в истории папства отнюдь не был «временем пленения и зависимости», как и по сегодняшний день продолжают утверждать некоторые авторы. Однако не был он и «пиком абсолютизма папской власти», как заявляли другие ученые. Скорее стоит расценивать данный период как последний этап эволюции средневекового папства, результатом которого, как и в случае с современными ему светскими государствами, стал переход на качественно иной уровень развития, сопровождавшийся «отмиранием» всех устаревших структур и функций.

На основе представленных источников, изученных с позиций конкретно-исторического анализа, было показано, что политика Святого престола в интересующий нас период в целом была единой и основывалась на теократических притязаниях понтификов. Убежденность в собственной избранности и стремление подтвердить правомочность претензий на верховное господство в христианском мире вынуждали авиньонских пап прилагать максимум усилий для поддержания своего традиционного статуса в отношениях со светскими правителями различных стран. Однако решающим препятствием на пути реализации этих амбициозных планов была трансформация самого западноевропейского пространства в направлении формирования будущих национальных государств. Централизационные тенденции, наблюдавшиеся практически повсеместно, способствовали как объединению разрозненных земель под управлением одного правителя, так и становлению национального самосознания, в Западной Европе постепенно формировались все более прочные государственные образования. В результате, амбициозные претензии папства, быть может, еще в определенной мере обоснованные в XI или даже XII веках, к XIV столетию полностью изжили себя, о чем убедительно свидетельствует анализ рож авиньонского двора в международной жизни.

И в процессе нашего исследования становится очевидным, что авиньонские понтифики прекрасно отдавали себе в этом отчет. Естественно, их официальная позиция не могла не оставаться прежней, ведь, умерив свои амбиции, даже частично, Святой престол признал бы собственную слабость, тем самым, быть может, дав повод усомниться в природе своей власти. В конце концов, будучи истиными преемниками всевышнего на земле, понтифики обязаны были быть всемогущими и пользоваться уважением всех верующих. А потому политика авиньонских пап преследовала, прежде всего, глобальные цели, осуществление которых должно было значительно улучшить условия жизни христианского мира, тем самым, на практике подтвердив правомочность и обоснованность претензий римской курии на верховное господство. Восстановление мирных отношений между враждовавшими королевствами Англии и Франции, чей конфликт затрагивал также интересы целого ряда других западноевропейских государств, организация нового крупномасштабного крестового похода с участием большинства христианских правителей, наведение порядка в землях Апеннинского полуострова, уже многие десятилетия страдавшего от кровопролитных междоусобиц. Осуществление любого из этих грандиозных замыслов позволило бы понтификам значительно укрепить свой статус правителей христианского мира. Однако, несмотря на то, что амбиции папства оставались неизменными, в своей политической деятельности Святому престолу постоянно приходилось считаться с реальным положением вещей, нередко подвергая свою тактику серьезной корректировке.

Наиболее явный разрыв между теоретическими претензиями и практическими действиями авиньонского двора наблюдался в отношении двух ключевых участников международной жизни средневековой Западной Европы: Франции и Англии. Значительное усиление в них центральной власти, быстрый экономический и демографический рост, становление национального самосознания — все это неизбежно приводило к тому, что в данных странах постоянная «опека» Святого престола, его вмешательства во внутренние дела и, прежде всего, универсалистские претензии встречали особенно мощный и последовательный отпор. В то же время отношения английского и французского королевств с авиньонским двором отнюдь не ограничивались постоянным противостоянием светской и духовной властей. Скорее, можно утверждать, что они складывались в зависимости от конкретных планов и потребностей, как монархов, так и понтификов, а значит, в политике обеих сторон всегда оставалось место для компромисса и даже серьезных уступок друг другу.

Так, монархи Франции действительно нередко пользовались особым расположением понтификов, однако обусловлено оно было не только и не столько «бессилием» Святого престола и его зависимостью от французской короны. В число причин так называемой «про-французской» позиции авиньонского папства можно включить и понимание важности статуса этого королевства на международной арене, и необходимость его поддержки для претворения в жизнь амбициозных планов по организации очередного крестового похода, и ценность его помощи в борьбе римской курии с императорами, и даже его роль в сдерживании «имперских» амбиций английских монархов. В то же время и правители Франции также отдавали себе отчет во всех выгодах, которые сулили им дружественные отношения со Святым престолом. Вот почему они нередко шли на уступки понтификам в вопросах фискальной и внешней политики, создавая, тем самым, видимость успешности папской деятельности в данной стране. '.

Отношения папского двора с Англией на протяжении всего авиньонского периода были неразрывно связаны с его французской политикой, более того, современники понтификов обвиняли их, и далеко не всегда безосновательно, в предвзятости и предпочтении Франции. В контексте эскалации англо-французского конфликта, этот предполагаемый фаворитизм римской курии естественным образом приводил к усилению национальных чувств в стране и отторжению любых попыток вмешательства со стороны понтификов. При этом применение Святым престолом традиционных средств воздействия, как в Англии, так, впрочем, и во Франции, было эффективным только в отдельных случаях, а угрозы действовали лишь тогда, когда это было выгодно самим правителям данных стран. Однако огромное значение, которое авиньонский двор придавал восстановлению мирных отношений между двумя враждовавшими сторонами, вынуждало его вновь и вновь вмешиваться во внутренние дела обоих королевств. В свою очередь, неэффективность данных попыток, фактический провал миротворческой деятельности понтификов приводил к результату, обратно противоположному амбициям римской курии, дискредитируя ее в глазах всей Западной Европы.

Особенности характера взаимоотношений папства XIV века и Священной Римской империи были обусловлены, прежде всего, совпадением политических амбиций и территориальных интересов обеих сторон. Так, претензии папского двора на верховную власть над светскими правителями шли вразрез с императорскими планами по восстановлению собственного господства в христианском мире. В свою очередь, возрождение великой империи грозило Святому престолу не только возможной утратой авторитета, но и вполне реальными территориальными потерями на Апеннинском полуострове. Именно эти два вопроса — контроль папства над императором и защита итальянских земель от его возможных притязаний — и являлись определяющими факторами папской политики в отношении Священной Римской империи.

При этом, как и в случае с Англией и Францией, для достижения поставленных целей понтифики активно применяли весь доступный им арсенал средств, начиная от отеческих увещеваний и мирных переговоров посредством папских легатов и заканчивая отлучением непокорного императора и всех его союзников от церкви (эту меру авиньонские папы особенно активно применяли в период борьбы с Висконти и Людвигом Баварским). Однако учитывая особенности политической обстановки в землях Германии, нам кажется очевидным, что наиболее жесткие дисциплинарные меры использовались авиньонским двором не столько для того, чтобы переубедить самого императора, сколько с целью лишить его жизненно необходимой поддержки князей-курфюрстов. Более того, можно предположить, что определенные успехи понтификов на данном поприще и их очевидное нежелание смиряться с амбициями империи, во многом идентичными их собственным, стали одним из основных факторов, предопределивших направление политики императора Карла IV. «Золотая булла», появившаяся в 1356 г., фактически сняла с повестки дня два ключевых вопроса, долгое время оказывавших решающее влияние на характер взаимоотношений империи и папства. И хотя возможность вмешательства Святого престола во внутренние дела империи была, тем самым, значительно ограничена, публикация данного закона способствовала переходу папства к значительно менее агрессивной и более конструктивной политике.

Естественно, позиция авиньонского двора в отношении Священной Римской империи была неразрывно связана с его итальянской политикой, в которой находил свое отражение фактически каждый этап противостояния папства и императоров. Однако не меньшее значение для деятельности понтификов в данном регионе имело особое положение, занимаемое ими на Апеннинском полуострове. Сочетая в Италии традиционные функции духовного главы христианского мира с менее привычными для них обязанностями светского правителя, понтифики в течение всего авиньонского периода прилагали значительные усилия для удержания контроля над принадлежавшими Святому престолу территориями. При этом основное внимание пап в Италии было сфокусировано отнюдь не на борьбе за чистоту веры, но, прежде всего, на сохранении и расширении территориальных владений курии. Вот почему вмешательство в каждый, даже самый незначительный конфликт и постоянное, зачастую совершенно неоправданное применение всего арсенала средств воздействия, имевшихся в распоряжении понтификов, стало отличительной чертой итальянской политики папства в данный период. И политика эта нередко оказывалась вполне эффективной, ведь она позволяла Святому престолу использовать раздробленность Апеннинского полуострова и разобщенность местных тиранов для достижения собственных, мирских по своей природе целей. В то же время успех подобных вмешательств, прежде всего, по причине незначительности поставленных целей, оказывался временным, а постоянное использование самых суровых церковных наказаний для разрешения мелких конфликтов постепенно сводило на нет эффективность данных «орудий». В результате, несмотря на всю значительность положения, которое занимали понтифики в Италии, именно здесь претензии папства на абсолютное господство все чаще оказывались необоснованными и нереализуемыми.

В странах Пиренейского полуострова авиньонскому двору предоставлялась наиболее реальная возможность эффективно выполнять свои традиционные функции, именно здесь его амбициозные планы имели значительные шансы на успех. И понтифики действительно принимали активное участие в политической жизни этих государств, нередко достигая намного больших результатов, чем в отношениях с другими странами Западной Европы. Так, с помощью местных правителей авиньонским папам удалось подготовить и провести ряд крестовых походов против «неверных», пусть и в значительно меньшем масштабе, чем на это надеялись понтифики XIV в. А многочисленные успехи в миротворческой деятельности и фискальной политике Святого престола позволяют предположить, что, несмотря на централизационные процессы и постепенное формирование национальных государств на всей территории Пиренейского полуострова, именно в этих странах средневековое папство еще могло надеяться на сохранение, хотя бы временное, своего традиционного статуса. Однако на протяжении всего авиньонского периода данный регион, как нам кажется, неизменно оставался второстепенным во внешнеполитической деятельности папства. Постоянно корректируя свою политику в отношении Пиренейского полуострова в соответствии с изменениями международной конъюнктуры, понтифики, тем самым, лишь способствовали развитию национального самосознания в данных государствах, провоцируя все более мощный отпор местного населения вмешательству извне. В результате, несмотря на изначально благоприятный для Святого престола расклад, успехи и эффективность внешнеполитической деятельности авиньонского двора и на данных территориях оказались более чем ограниченными.

Таким образом, неизбежность трансформации ключевых участников международной жизни, как мы уже показали, была предопределена самой логикой эволюции европейского общества. Именно по этой причине любые попытки Святого престола сохранить свой прежний статус и прежние функции, насильно навязав их новым формировавшимся структурам, были изначально обречены на провал. В то же время, анализируя деятельность авиньонского двора, нельзя не признать, что именно понимание происходивших в обществе кардинальных перемен и острой необходимости в своевременной адаптации к менявшейся реальности лежало в основе политики понтификов в данный период. Так, выбор новой резиденции папской курии на перекрестке основных европейских путей, вблизи от одного из важнейших участников политической жизни Западной Европы, но в то же время в полной от него независимости, в абсолютно стабильной, безопасной и легко контролируемой обстановке является ничем иным, как свидетельством предусмотрительности и дальновидности понтификов. Для сохранения собственного статуса и, главное, своей власти глава средневекового христианского общества, претерпевавшего в ХШ-Х1У вв. кардинальные изменения, был просто обязан оставаться в центре этого нового мира, на деле доказывая правомочность своих притязаний. Именно этим и объясняется исключительная активность папского двора в авиньонский период, когда понтифики следили за развитием даже самых мелких дел во всех уголках христианского мира, применяя весь свой арсенал с целью добиться успешного разрешения любой незначительной проблемы. Самые суровые и серьезные меры, имевшиеся в распоряжении курии, использовались для умиротворения крошечного итальянского городка или примирения двух мелких испанских дворян. Понтифики проявляли не меньший интерес к семейным проблемам простых принцев, чем к предотвращению крупнейших конфликтов, затрагивавших интересы всего христианского общества, таким образом, быть может, надеясь стать незаменимыми для нормального развития международной жизни Западной Европы.

Однако преследуя амбициозные цели по сохранению той наднациональной силы, которой было средневековое папство, авиньонские понтифики неизбежно сталкивались с отчаянным отпором формировавшихся современных государств, также стремившихся укрепить свою власть и независимость. Фактически, успешность любой попытки Святого престола выполнять свои традиционные функции зависела от благосклонности и заинтересованности вовлеченных в это дело светских правителей, а также и от того, насколько далеко продвинулись их страны в процессе развития национальных государств. Так, в отношениях с Англией и Францией, как мы уже видели, авиньонский двор реально мог расчитывать лишь на выполнение консультативно-посреднических функций, эффективность же его политики в других сферах постоянно продолжала снижаться. В странах Пиренейского и Апеннинского полуостровов низкий уровень развития центральной власти и раздробленность местных территорий позволяли понтификам более полно использовать свой арсенал, но они же во многом и ограничивали успешность применяемых мер.

И хотя авиньонские папы проявляли значительную гибкость в отношениях с христианскими государствами, корректируя свою политику в соответствовании с требованиями времени и обстоятельств, инициативы папства все реже достигали успеха. Эта малоэффективность внешнеполитической деятельности понтификов XIV века как нельзя лучше демонстрирует обреченность попыток папской курии сохранить прежний статус в условиях кардинально меняющихся политических и социальных реалий. Ярким подтверждением провала политики Святого престола и растущего могущества формировавшихся «национальных государств» можно считать Великую схизму (1378−1418), которой завершилось так называемое «авиньонское пленение». Рассмотренный в данном исследовании период, как нам кажется, являлся одним из ключевых этапов длительного процесса трансформации могущественного средневекового папства и постепенной утраты им всех основных политических функций. Данный процесс завершился лишь в 1870 г. полной ликвидацией Папской области, возвращением Рима в состав Италии и превращением понтификов в духовных наставников, чья внешнеполитическая деятельность в настоящее время ограничивается, прежде всего, миротворческими и благотворительными акциями. Исследование международной политики Святого престола и его роли в жизни стран Западной Европы XIV в. позволило нам проследить данную трансформацию в контексте общих процессов, происходивших в средневековой Западной Европе.

Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что авиньонский период подвел окончательную черту под историей средневекового папства. И хотя на протяжении практически всего XIV столетия понтифики продолжали играть свою традиционную роль на международной арене, в реальности эффективность и успешность их политики практически полностью зависела от готовности светских правителей принимать эти устаревшие правила игры. Авиньонский период стал переломным моментом в развитии всего западноевропейского общества, — как его светской, так и духовной составляющей, — которое вступило в новый XV век уже в абсолютно ином качестве. А для Святого престола этот этап эволюционного процесса завершился отнюдь не спокойной трансформацией устаревшего института средневекового папства с постепенной утратой римской курией всех прежних функций и полномочий, но взрывом Великой схизмы, ставшей в истории папского двора своеобразным переходным этапом к совершенно иной роли и статусу.

Показать весь текст

Список литературы

  1. Baluzius S. Vitae Paparum Avenionensium. Hoc est Historia Pontificum Romanorum qui in Gallia sederunt ab anno Christi MCCCV usque ad annum MCCCXCIV. 4 vol. — P.: Librairie Letouzey et Ane, 1914−1927.
  2. Benoit XII (1334−1342). Lettres closes, patentes et curiales se rapportant a la France publiees ou analysees d’apres les registres du Vatican par Georges Daumet. Paris: E. de Boccard, 1920. — lxxxv-615pp.
  3. Benoit XII (1334−1342). Lettres communes analysees d’apres les registres dits d’Avignon et du Vatican, par J.-M. Vidal. 3 vol. — Paris: Fontemoing, 19 021 911.
  4. Gregoire XI (1370−1378). Lettres communes analysees d’apres les registres dits d’Avignon et du Vatican, par Anne-Marie Hayez, avec la collaboration de Janine Mathieu et de Marie-France Yvan. 3 vol. — Rome: Ecole francaise de Rome, 1992−1993.
  5. Innocent VI (1352−1362). Lettres closes, patentes et curiales se rapportant a la France publiees ou analysees d’apres les registres du Vatican par Eugene Deprez. Premier fascicule. — Paris: Fontemoing et Cie, 1909. — 206 pp.
  6. Lettres communes de Jean XXII: 1316−1334, par G. Mollat. 16 vol. — Paris: E. de Boccard, 1921−1946.
  7. Monumenta Vaticana Res Gestas Bohemicas Illustrantia. Edidit Archivum Terrae Bohemiae. Tomus III. Acta Urbani V, 1362−1370, opera Fredericus Jensovsky. Pragae: Typis Stredoceska Tiskarna, 1944. — 845 p.
  8. Monumenta Vaticana Res Gestas Bohemicas Illustrantia. Edidit Archivum Terrae Bohemiae. Tomus III Indices. Acta Urbani V, 1362−1370, opera Vera Jensovska. — Pragae: Typis Stredoceska Tiskarna, 1954. — 268 p.
  9. Monumenta Vaticana Res Gestas Bohemicas Illustrantia. Tomus IV. Acta Gregorii XI Pontificis Romani, 1370−1378, opera Caroli Stloukal. 2 vol. -Pragae: Typis Stredoceska Tiskarna, 1949−1953. — 839 p.
  10. Nouguier F. Histoire chronologique de l’Eglise, Evesques et Archeveques. -Avignon, 1660.
  11. Regestum Clementis papae V ex vaticanis archetypis sanctissimi domini nostri Leonis XIII pontificis maximi jussu et munificentia nunc primum editum cura Monachorum ordinis S. Benedicti. 9 tomes en 8 vol. — Romae: Ex Typographia vaticana, 1885−1892.
  12. Ut per litteras apostolicas. Les lettres pontificales. The papal letters.
  13. Electronic version of the renowed «Registres et lettres des papes du XHIesiecle» (32 vols. — Rome, 1883-) and the «Registres et lettres des papes du
  14. XlVe siecle «(48 vols. — Rome, 1889-). Brepols Publishers, Ecole Francaise de Rome, Institut de Recherche et d’Histoire des Textes, 2002−2005. — 2 CDs.
  15. М.А. Краткий очерк истории папства в средневековье и развития оппозиции против католической церкви. Спб., 1899.
  16. О.В. Местное рыцарство Кастилии в XIII сер. XIV вв.// Новый исторический вестник. — N2 (4). — М., 2001. — С.64−84.
  17. Н.И. Англия и Франция в международной жизни Западной Европы XII—XV вв..// Средние века. Выпуск 51. — М.: Издательство «Наука», 1988. — С.5−22.
  18. Н.И. Англо-французские противоречия конца XIII- XIV вв. и страны Пиренейского полуострова// Цель истории история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С. 170 186.
  19. Н.И. Идеи войны и мира в западноевропейском средневековом обществе// Средние века. Вып. 53. — М.: Издательство «Наука», 1990.-С.44−51.
  20. Н.И. К вопросу об английской политике в Гаскони в к. XIII в. (по данным «Гасконских свитков»)// Цель истории история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С.81−100.
  21. Н.И. Освободительное движение во Франции в период Столетней войны/ЛДель истории история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С. 223−251.
  22. Н.И. Столетняя война: леопард против лилии. М.: Издательство «Олимп», 2002.
  23. Н.И. Экономические интересы английской короны в Гаскони в конце XIII- начале XIV в.//Цель истории история. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2002. — С.51−65.
  24. Л.М. Данте и его время. Поэт и политика. М.: Издательство «Наука», 1965.
  25. Е.В. Политический строй итальянских государств. Синьории и принципаты// История Италии. В 3 тт. Т. 1. — М.: Наука, 1970. — С.295−346.
  26. Ю.Л. Жизнь и смерть в средние века: Очерки демографической истории Франции. М., 1991.
  27. М.А. Золотая булла 1356 г. и королевская власть в Германии во второй половине XIV в.// Средние века. Сборник. Выпуск 52. Москва: Издательство «Наука», 1989. — С.25−46.
  28. Ф. Что такое Франция? Пространство и история. К.1. — М., 1994.
  29. О.Л. Дипломатическая подготовка Столетней войны// Проблемы истории международных отношений. Л.: Наука, 1972. — С. 394−406.
  30. О.Л. Западноевропейская средневековая историография. -М.-Л., 1964.
  31. О.И. Двор и династические конфликты Пиренейского средневековья// Двор монарха в средневековой Европе. Явление. Модель. Среда. Т. 1. — М., Спб.: Алетейя, 2001. — С.81−92.
  32. Е. История папства. М.: Республика, 1996. — 463 с.
  33. Гизо Ф.П. Г. История цивилизации в Европе: В 4 тт. Т.З. — М., 1877.
  34. Т.Н. Лекции по истории средневековья. М., 1986.
  35. А.Я. Культура и общество средневековой Европы глазами современников. М., 1989.
  36. А.Я. Средневековый мир. Культура безмолвствующего большинства. М., 1990.
  37. Е.В. Историография истории средних веков. М., 1985.
  38. В.М. Историки Франции Х1Х-ХХ веков. М., 1981.
  39. Н.И. Рим или Авиньон: спор Петрарки с французским кардиналом// Феномены истории. К 70-летию Всеволода Львовича Керова. Сборник статей. М.: Мир Отечества, 1996. — С.81−89.
  40. Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. 1/99. — М., 1999.
  41. М.А. Папство и крестовые походы. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1960.-263 с.
  42. В. История римских пап. М., 1995. — 2тт.
  43. История Европы с древнейших времен до наших дней. Том второй. Средневековая Европа. М.: Наука, 1992.
  44. История Франции. В 3 тт. М.: Издательство «Наука», 1972. — Т. 1.
  45. Е.В. Столетняя война и формирование английского национального самосознания// Средние века. Выпуск. 62. М.: Наука, 2001.-С. 103−119.
  46. Л.П. Католичество. Пг., 1918.
  47. Л.П. Культура средних веков. Киев, 1995.
  48. Н.Ф. «Священная Римская империя»: притязания и действительность. М., 1977.
  49. М.С. Важнейшие моменты в истории средневекового папства. Спб., 1901.
  50. А.Р. История Испании 1Х-ХШ веков (Социально-экономические отношения и политический строй Астуро-Леонского и Леоно-Кастильского королевства). М.: Высшая школа, 1976. — 239 с.
  51. Е.А. Проблемы английского феодализма и историографии средних веков. М.: Изд. АН СССР, 1963. — 456 с.
  52. Котельникова J1.А. Особенность развития феодализма в Северной и средней Италии в IX—XIV вв.// История Италии. В 3 тт. Т. 1. — М.: Наука, 1970.-С. 71−129.
  53. Л.А. Феодализм и город в Италии в VIII—XV вв.еках. По материалам центральных и северных областей. М.: «Наука», 1987. 256 с.
  54. И.А. Идея гражданского единства и власть во Флоренции XIV—XV вв..// Культура Возрождения и власть. М.: «Наука», 1999. — С.17−26.
  55. А.Е. Испания в средние века. Л.: ОГИЗ, 1937. — 255 с.
  56. Ф. Борьба папы Бонифация с французским королем Филипом IV Красивым. Казань, 1882.
  57. И.Г. Очерк церковной истории. Спб., 1868.
  58. Ли ГЛ. История инквизиции в средние века. 2 тт. — Спб., 1911−1912.
  59. А.Д. Источниковедение истории средних веков. Л., 1955.
  60. А.Д. Столетняя война и народные восстания XIV—XV вв..// История Франции. Т.1. — М.: Издательство «Наука», 1972. — С. 115−150.
  61. Ю.П. Общественно-политическая мысль позднесредневековой Франции XIV—XV вв.. Спб.: Изд-во Санкт-Петербургского унивесритета, 2000. — 231 с.
  62. Мелик-Гайказова H.H. Французские хронисты как историки своего времени.-М., 1970.
  63. А.Л. История Англии. М.: Изд. иностр. лит., 16-я тип. Союзполиграфпрома, 1960.-463 с.
  64. Очерки истории Англии: Средние века и новое время/ Под ред. Г. Р. Левина. М.: Учпедгиз, 1959. — 356 с.
  65. В.К. История Испании и Португалии. 2-е изд. — СПб: Акц. Общ. «Брокгауз-Эфрон», 1909. — 279 с.
  66. С.JI. Французская монархия и церковь (XV середина XVI в.). — М.:Изд-во МГУ, 1992. — 171 с.
  67. И.П. Административно-финансовая система Св. Престола в период авиньонского пленения пап. Автореферат. Санкт-Петербургский Государственный Университет, 2005.
  68. .Г. Французская романтическая историография. Л., 1956.
  69. В. Очерки по истории римско-католической церкви. М., 1998.
  70. В.И. Генуэзский вариант итальянской синьории// Политическая структура эпохи феодализма в Западной Европе (VI-XVII вв.). Л.: «Наука», Ленинградское отделение, 1990. — С.71−79.
  71. В.И. Итальянский город от раннего средневековья до Возрождения. Л.: Наука, 1987.
  72. В.И. Итальянское Возрождение// Италия и Европа накануненового времени. Л.: «Наука», Ленинградское отделение, 1974. — С. 191 238.
  73. В.И. Ранний капитализм. Городские восстания XIV—XV вв.// История Италии. В 3 тт. Т. 1. — М.: Наука, 1970. — С.273−294.
  74. Abulafia D. Italy in the Central Middle Ages: 1000−1300 (The Short Oxford History of Italy) «. Oxford: Oxford University Press, 2004. — 320 p.
  75. Abulafia D. The Western Mediterranean Kingdoms, 1200−1500: the Struggle for Dominion. London and New York: Longman, 1997. F
  76. Amargier P. Une Eglise du renouveau. Reformes et reformateurs, de Charlemagne a Jean Hus, 750−1415. P.: Les editions du CERF, 1998.
  77. Andre J. F. Histoire politique de la monarchie pontificale au XlVe siecle, ou la papaute a Avignon. P.: Chez Vaton, 1845.
  78. Auswartige Politik und internationale Beziehungen im Mittelalter (13.-16. Jahrhunderts), hrsg. von Dieter Berg, Martin Kintzinger, Pierre Monnet. -Bochum: Winkler, 2002.
  79. Autrand F., Contamine P. La France et l’Angleterre, histoire politique et institutionelle, Xle-XVe siecle// Revue Historique, 531 (juillet-septembre). -P.: Presses universitaires de France, 1979. P. 117−168.
  80. Autrand F. Les papes d’Avignon, artisans de paix// Annuaire de la societe des amis du Palais des Papes et des monuments d’Avignon. Avignon: Societe des amis du Palais des Papes et des monuments d’Avignon, 2001. — P. 119−129.
  81. Auvray L., Popuardin R. Catalogue des manuscripts de la collection Baluze. -P. :E. Leroux, 1921.
  82. Avignon au Moyen Age. Textes et Documents. (Documents de Recherches et d’Etudes du Bas Moyen Age avignonnais I.R.E.B.M.A.). -Avignon: Aubanel, 1988.
  83. Backman C. R. The papacy, the Sicilian church, and King Frederick III (1302−1321)// VIATOR. Medieval and Renaissance Studies. Berkley, Los Angeles, London: University of California Press, 1991. — Volume 22. — P.229−249.
  84. Bagge S. L’individu dans l’historiographie medievale // L’individu dans la theorie politique et dans la pratique, sous la direction de Janet Coleman. P.: Presses Universitaires de France, 1996. — P. 43−70.
  85. Bagliani A. P. Il trono di Pietro. L’universalita del papato da Alessandro III a Bonifacio VIII. Roma: La Nuova Italia Scientifica, 1996.
  86. Baillet A. Histoire des demeslez du pape Boniface VIII avec Philippe le Bel, roy de France. P.: F. Delaulne, 1718.
  87. Barraclough G. Medieval papacy. London: Thames & Hudson, 1968.
  88. Barreil A.D.M. The papacy, Scotland and northern England, 1342−1378. -Cambridge: Cambridge University Press, 1995.
  89. Bautier R.-H. Diplomatique et histoire politique: ce que la critique diplomatique nous apprend sur la personalite de Philippe le Bel// Revue historique. 259. — P.: Presses universitaires de France, 1978. — P.3−27.
  90. Battaglia F. La potesta pontificia nel trecento// Ricerche religiose. IV. -Roma: 1928. -P.248−255.
  91. Berthold O.K. Volk und Avignon: ausgewahlte Quellen zur antikurialen Bewegung in Deutschland in der ersten Halfte des 14.Jahrhunderts. Berlin: Rutten und Loening, 1960.
  92. Blet P. S.J. Histoire de la Representation Diplomatique du Saint Siege des origines a l’aube du XIXe siecle. Citta del Vaticano: Archivio Vaticano, 1982.
  93. Bock F. Einfuehrung in das Registerwesen des Avignonesischen Papsttums// Quellen und Forschungen aus Italienischen Archiven und Bibliotheken, hrsg. von Deutschen Historischen Institut in Rom. Band XXXI. — Rom: W. Regenberg, 1941.
  94. Bock F. I processi di Giovanni XXII contro i Ghibellini delle Marche// Bulletino dell’Istituto storico italiano per il Medio Evo e Archivio Muratoniano. -57.-Roma, 1941.-P. 19−70.
  95. Bouard A. de Le regime politique et les institutions de Rome au Moyen Age (1252−1347). P.: E. de Boccard, 1920.
  96. Boucheron P. Ecrire autrement l’histoire politique//Medievales. Langue, Textes, Histoire. 34. P.: Presses universitaires de Vincennes, 1998. — P.7−11.
  97. Bourde G., Martin H. Les ecoles historiques. P.: Editions du Seuil, 1997.
  98. Bredero A.H. Christenheit und Christentum im Mittelalter. Uber das Verhaltnis von Religion, Kirche und Gesellschaft. Stuttgart: Steiner, 1998.
  99. Brock C. Le premier et le dernier pape francais// Annales de la Societe des lettres, sciences et arts des Alpes-Maritimes. 59. — Nice: V.-E. Gauthier, 1967−1968.-P.83−92.
  100. Brucker G. An unpublished source on the Avignonese papacy: the letters of Francesco Bruni// Traditio. Studies in ancient and medieval history, thought and religion. Volume XIX. — New York: Fordham University, 1963. — P.351−370.
  101. Brun R. Avignon au temps des papes. Les monuments. Les artistes. La societe. P.: Impr. Lahure, 1925.
  102. Brunner H. Die Wahrnehmung und Darstellung von Kriegen im Mittelalter und in den Fruhen Neuzeit. Wiesbaden: Reichert, 2000.
  103. Burns J.H. Histoire de la pensee politique medievale, 350−1450. P.: Presses Universitaires de France, 1993.
  104. Caillet L. La papaute d’Avignon et l’Eglise de France. La politique beneficiee du Pape Jean XXII en France (1316−1334). P.: PUF, 1975. — 604 P
  105. Carocci S. Governo papale e citta nello Stato delia Chiesa. Ricerche sul Quattrocento// Principi e citta alla fine del medioevo, a cura di S. Gensini. -Pisa 1996.-P. 151−224.
  106. Cerasoli F. Gregorio XI et Giovanna I regina di Napoli. Documenti inediti dell’Archivio Vaticano// Archivio storico per le Provincie Napoletane. -Napoli. 23 (1898), P. 471−500, 671−701 — 24 (1899), 3−24, 307−328, 403−427 — 25(1900), 3−26.
  107. Cerasoli F. Urbano V e Giovanna I di Napoli. Documenti inediti dell’Archivio segreto Vaticano// Archivio storico per le Provincie Napoletane. -20.-Napoli: 1895. -P. 55−90.
  108. Chaplais P. Reglement des conflits internationaux franco-anglais au XlVe siecle, 1293−1377// Le Moyen Age. t.LVII. — Bruxelles: la Renaissance du Livre, 1951. — P.269−302.
  109. Chaunu P. Le temps des reformes. Histoire religieuse et systeme de civilisation. La crise de la chretiente. L’eclatement (1250−1550). Paris.: Fayard, [c.1975].
  110. Chelini J. L’Eglise au temps des schismes. 1294−1449. P.: A. Colin, 1982.
  111. Chelini J. Histoire religieuse de l’Occident medieval. P.: Hachette, 1991.
  112. Chiffoleau J. Les justices du pape: delinquance et criminalite dans la region d’Avignon au quatorzieme siecle. P.: Publications de la Sorbonne, 1984.
  113. Christophe J-B. Histoire de la papaute pendant le XlVe siecle, avec des notes et des pieces justificatives, par l’abbe J.-B. Christophe. 3 vol. — Paris: L. Maison, 1853.
  114. Coleman J. L’individu dans l’Etat medieval// L’individu dans la theorie politique et dans la pratique. Sous la direction de Janet Coleman. Paris: Presses Universitaires de France, 1996. — p. 1−42.
  115. Colliva P. Il Cardinale Albornoz. Lo Stato delia Chiesa. Le Constitutiones Aegidianae. Bolonia: Publicaciones del Real colegio de Espana, 1977. -XXIV, 795 p.
  116. Congar Y. L’Eglise. De saint Augustin a l’epoque moderne. Paris: Les editions du Cerf, 1970.
  117. Constable G. Letters and letter-collections. Fasc.17. — Bruxelles: Turnhout, 1976.
  118. Contamine Ph. Au temps de la Guerre de Cent Ans: France et Angleterre. -P.: Hachette, 1994.-263 p.
  119. Contamine Ph. Des pouvoirs en France, 1300−1500. Paris: Presses de l’Ecole Normale Superieure, 1992.
  120. Contamine Ph. La France aux XlVe et XVe siecle. Hommes, mentalites, guerre et paix. Londres: Variorum reprints, 1981.
  121. Contamine P. Guerre et concurrence entre les Etats europeens du XlVe au XVIIIe siecle. Paris: PUF, 1998.
  122. Contamine P. Guerre, etat et societe a la fin du Moyen Age. Etudes sur les armees des rois de France, 1337−1494. P.: Mouton, La Haye, 1972.
  123. Contamine P., Giry-Deloison C., Keen.H. Guerre et societe en France, en Angleterre et en Bourgogne, XIVe-XVe siecle. Lille: Universite de Lille III, 1991.
  124. Contamine, P. Le Moyen Age. Le roi, l’Eglise, les grands, le peuple 4 811 514. P.: Editions du Seuil, 2002.
  125. Coupon, Henri. Les Papes d’Avignon. P.: Olivier Orban, 1980.
  126. La Crisi del Trecento e il Papato avignonese (1274−1378)// Storia delia Chiesa. A cura di Diego Quaglioni. T.XI. — San Paolo: Edizioni Sao Paolo, 1994.
  127. Davies R.G. The anglo-papal concordat of Bruges, 1375. A reconsideration//Archivum Historia Pontificiae 19 (1981). Romae Pontificia Universitas Gregoriana Facultas Historiae Ecclesiasticae. — p. 97−146.
  128. Delumeau J-P., Heullant-Donat I. L’Italie au Moyen Age, Ve XVe siecle. — P.: Hachette, 2000. — 320 p.
  129. Deprez E. La conference d’Avignon (1344). L’arbitrage pontifical entre la France et l’Angleterre// Essays in Medieval History presented to Thomas Frederik Tout. New-York, 1967. — p.301−320.
  130. Deprez E. Les preliminaires de la Guerre de Cent Ans. La papaute, la France et l’Angleterre (1328−1342). P.: ancienne librairie Thorin et Fils, 1902. -LXXXVI p.
  131. Diplomatique medievale. P.: Brepols, 1993.
  132. Doellinger I. von. Beitrage zur politischen, kirchlichen und Cultur-Geschichte der sechs letzten Jahrhunderts. T. I, III. — Regensburg-Wien, 18 631 882.
  133. Duby G. Le Moyen Age: De Hugues Capet a Jeanne d’Arc, 987−1460. P.: Fayard, 1982.
  134. Dupre Theseider E. Il cardinale Egidio de Albornoz, fondatore dello Stato delia Chiesa// Studia Picena, XXVII (1959). Ancona: Istituto Teologico Marchigiano. — p.7−19.
  135. Dupre Theseider E. Egidio de Albornoz e la riconquista dello Stato delia Chiesa// El cardenal Albornoz y el Colegio de Espana. Bologna: ed. de E. Verdera y Tuells, 1972. — p.433−45.
  136. Dupre Theseider (Eugenio). Papato e Impero in lotta per la supremaci, in Problemi storici e orientamenti storiografici, Como, 1942, p.267−314.
  137. Dupre Theseider E. I papi di Avignone e la questione romana. Firenze: F. le Monnier, 1939. — XLIV — 238 p.
  138. Dupre Theseider E. Problemi del papato avignonese: Lezioni tenute nell’Universita di Bologna durante l’anno academico 1960−1961. Bologna: R. Patron, 1961.-200 p.
  139. Dupre-Theseider E. Roma dal comune di popolo alla signoria pontificia (1252−1377). Bologna: L. Cappelli, 1952.
  140. Duverge S. Le role de la papaute dans la guerre de l’Aragon contre Genes (1351−1356) //Melanges d’archeologie et d’histoire. Le annee (1933), fase. I-V. -Paris: E. de Boccard, 1933. p.221−249.
  141. Duverge S. La solution du conflit entre l’Aragon et Genes (1357−1378) // Melanges d’archeologie et d’histoire. Lie annee (1934), fase. I-V. Paris, E. de Boccard, 1934. — p.240−257
  142. Dykmans M. Le ceremonial papal de la fin du Moyen Age a la Renaissance. Tome III. Les textes avignonnais jusqu’a la fin du grand schisme d’Occident. -Bruxelles, Rome: Institut historique Belge de Rome, 1983.
  143. Dykmans M. Pour et contre Jean XXII en 1333: Deux traites avignonnais sur la vision beatifique. Citta del Vaticano: Bibl. apostolica vaticana, 1975. -407 p.
  144. Dykmans M. Les transferts de la curie romaine XIII-XVe siecle// Archivio delia Societa Romana di Storia Patria, 105 (1980). Roma. — p.91−116.
  145. Eglise et pouvoir politique. Actes des journees internationales d’histoire du droit d’Angers. 30 mai 1er juin 1985. — Angers: Universite d’Angers, 1985.
  146. Ehlers J. Politik und Heiligenverehrung in Frankreich// Politik und Heiligenverehrung im Hochmittelalter. Sigmaringen: Jan Thorbecke Verlag GmbH & Co., 1994. — P. 149−175.
  147. The English Church and the Papacy in the Middle Ages. London, 1965.
  148. Erdmann C. Vatikanische Analekten zur Geschichte Ludwigs des Bayern// Archivalische Zeitschrift 41 (1932). Cologne, Weimar, Vienna: Bohlau Verlag. — p.1−47.
  149. Ermini G. Stato e Chiesa nella monarchia pontificia dei secoli XIII e XIV, dans Rivista di storia del diritto italiano. T. V (1932). — Torino. — p.583−629.
  150. Etat et Eglise dans la genese de l’Etat moderne. Paris, CNRS, Madrid, Casa de Velazquez, 1986.
  151. Favier J. Les Finances Pontificales a l’epoque du Grand Schisme d’Occident, 1378−1409. P.: E. de Boccard, 1966. — 855 p.
  152. Favier, J. La Guerre de Cent ans. Paris: Fayard, 1980. — 678 p.
  153. Feiten F. J. Papstliche Personalpolitik? Uber Handlungsspielraume des Papstes in der ersten Halfte des 14. Jahrhunderts// Historisches Jahrbuch. 122. Jahrgang 2002. Freiburg/ Munchen: Verlag Karl Alber. — P.43−86.
  154. Fink K.A. Das Vatikanische Archiv. Einfuhrung in die Bestande und ihre Erforschung unter besonderer Berucksichtigung der deutschen Geschichte. (Bibliothek des Deutschen Historischen Instituts in Rom. Band XX). Rom: W. Regenberg, 1943.
  155. Fliehe Au. La chretiente medievale. Paris: E. De Boccard, 1929.
  156. Fliehe Au. Histoire de l’eglise depuis les origines jusqu’a nos jours. s.l.: Bloud & Gay, 1940.
  157. Flick A.C. The decline of the medieval church. L.: Keagan, Paul, Trench, Trubner & Co, ltd., Broadway house, 1930.
  158. Folz R. La Papaute medievale vue par quelques-uns de ses historiens recents// Revue historique, anno 81, vol. CCXVIII, luglio-settembre 1957. -Paris, PUF. p.32−63.
  159. Fornery J. Histoire du Comte Venaissin et de la Ville d’Avignon. 3 vol. -Marseille: Lafitte Reprints, 1982.
  160. Fransen G. Les collections canoniques// Typologie des sources du Moyen Age Occidental. Fasc. 10. — Brepols: Turnhout, 1973.
  161. Frati L. La contesa fra Matteo Visconti e papa Giovanni XXII secondo i documenti dell’Archivio Vaticano// Archivio storico lombardo 15 (1888). -Milano: Societa Storica Lombarda. 241−258.
  162. Frenz T. I documenti pontifici nel Medioevo e nell’eta moderna. Citta del Vaticano: Scuola vaticana di paleografia, diplomatica e archivista, 1989.
  163. Frenz T. Papsturkunden des Mittelalters und der Neuzeit. Stuttgart, Franz Steiner Verlag Wiesbaden GMbh, 1986.
  164. Fuhrmann H. Die Papste: von Petrus zu Johannes Paul II. Munchen: Verlag C. H. Beck, 1998.
  165. Furet F. L’Atelier de l’histoire. P.: Flammarion, 1982.
  166. Gagniere S. Avignon de la prehistoire a la papaute. Avignon: Rulliere-Libeccio, 1970.
  167. Galibraith V.H. Historical Research in Medieval England. London, 1951.
  168. Galland B. Les papes d’Avignon et la maison de Savoie: 1309−1409. -Rome: Collection de l’Ecole francaise de Rome, P., 1998. 512 p.
  169. Galton A. Church & State in France, 1300−1907. New York: Bert Franklin, 1972.
  170. Vaucluse et de l’Universite d’Avignon (Avignon, 23−24 janvier 1988). P., E.F.R.: Diffusion de Boccard, 1990. — P.209−222.
  171. Gazelles R. La societe politique et la crise de la royaute sous Philippe de Valois (Bibliotheque Elzevirienne, n.s., Etudes et documents). Paris, Argences, 1958.
  172. Genet J-P. Les iles Britanniques au Moyen Age. P.: Hachette, 2005. — 3041. P
  173. Gilmour-Bryson A. The trial of the templars in the papal State and the Abruzzi.- Cite du Vatican: Biblioteca Apostolica Vaticana, 1982.
  174. Girard J. Avignon au temps des papes// Annuaire de la Societe des amis du Palais des Papes et des monuments d’Avignon. Xe annee. — Avignon: D. Seguin, 1921. — P.19−42.
  175. Girard J., Pansier P. La cour temporelle a Avignon aux XlVe et XVe siecles. Contribution a l’etude des institutions judiciaires, administratives et economiques de la ville d’Avignon au Moyen Age. P.: H. Champion, 1909.
  176. Giusti M. Studi sui registri di bolle papali. Citta del Vaticano: Arch. Vaticano, 1968.
  177. Given W.C. Fourteenth Century England. Woodbridge: Boydell Press, 2002.
  178. Glenisson J., Mollat G. L’administration des Etats de l’Eglise au XlVe siecle. Correspondance des legats et vicaires-generaux. Gil Albornoz et Androin de La Roche (1353−1367). Paris: E. de Boccard, 1964.
  179. Glenisson J. Les finances d’une crise, dans Bibliotheque de l’ecole des Chartes. 126 (1968). Paris: De Decourchant. — p.503−510.
  180. Glenisson J. La France de la Guerre de Cent ans. 1300−1450. Paris: Culture, arts, loisirs, 1971.
  181. Glenisson J. Les origines de la revolte de l’etat pontifical en 1375// Rivista di Storia delia chiesa in Italia, anno V-n2 (maggio-agosto 1951). Roma: Istituto Grafico Tiberino. — p. 145−168.
  182. Glenisson J. Tendances, methodes et techniques nouvelles de l’histoire medievale// Actes du 100e Congres national des societes savantes, Paris, 1975 (Section de philologie et d’histoire jusqu’a 1610). Paris: Bibliotheque nationale, 1977.
  183. Guenee B. Histoires, annales, chroniques. Essai sur les genres historiques au Moyen Age// Annales, Economies, Societes, Civilisations 28 :4 (1973). -Paris: Armand Colin. p.997−1016.
  184. Guenee B. L’Occident au XlVe et XVe siecle. Les Etats. P.: Presses Universitaires de France, 1971. — 339 p.
  185. Guenee B. Politique et histoire au Moyen Age. Recueil d’articles sur l’histoire politique et l’historiographie medievales (1956−1981). Paris: Publications de la Sorbonne, 1981.
  186. Guenee B. Y-a-t-il une historiographie medievale?// Revue historique. -T.CCLVIII. Paris, 1977. — P.261−275.
  187. Guidi P. Inventari di libri nelle serie dell’Archivio Vaticano, 1287−1459. -Citta del Vaticano: Biblioteca Apostolica Vaticana, 1948.
  188. Guillemain B. A propos de la politique italienne des Papes d’Avignon: menaces spirituelles et temporelles// Byzantische Forschungen. 12 (1987). P. 635−648.
  189. Guillemain B. Avignon au Moyen age: textes et documents. Avignon: Aubanel, 1988.
  190. Guillemain B. Les carrieres pontificaux au XlVe siecle// Le Moyen Age. Revue d’histoire et de philosophie. Tome LXIX. — Paris, Bruxelles: De Boeck & Larcier, 1963. — P.565−581.
  191. Guillemain B. La cour pontificale d’Avignon (1309−1376). Etude d’une societe. P.: E. de Boccard, 1962. — 807 pp.
  192. Guillemain B. La formation, la culture et les gouts des papes d’Avignon// Annuaire de la societe des amis du Palais des Papes et des monuments d’Avignon. Avignon: Societe des amis du Palais des Papes et des monuments d’Avignon, 2001.-P. 13−16.
  193. Guillemain B. Papaute d’Avignon et Etat moderne// Papaute, monachisme et theories politiques. I. Le pouvoir et l’institution ecclesiale. Etudes d’histoire medievale offertes a Marcel Pacaut. Lyon: Presses Universitaires de Lyon, 1994. — P.79−88.
  194. Guillemain B. La papaute sous l’influence francaise. D’Alexandre IV a Gregoire XI, 1254−1378// Histoire des Papes et du Vatican. Sous la direction de Christophe Hollis. P.: Laffont, 1964. — P.84−96.
  195. Guillemain B. Les papes d’Avignon (1309−1376). P.: CERF, 2000.
  196. Guillemain B. La politique beneficiai du Pape Benoit XII (1334−1342). -P.: H. Champion, 1952.
  197. Guillemain B. Punti di vista sul papato Avignonese// Archivio Storico Italiano. Anno CXI. — Firenze: Leo S. Olschki, editore, 1953. — P. 181−206.
  198. Guillemain B. Sur l’efficacite de l’administration pontificale au XlVe siecle// Actes du XIV Siecle. Colloque historique franco-allemand. Tours 27 mars 1er avril 1977. — Beihefte de Francia, Vol.9. — Muenchen, 1980. — P. 143 148.
  199. Guyotjeannin 0. Les sources de l’histoire medievale. P.: Librairie Generale Francaise, 1998.
  200. Hauck A. Kirchengeschichte Deutschlands. T.V. — Leipzig: J. C. Hinrichs, 1920.
  201. Heers J. L’Occident au XlVe et XVe siecle, aspects economiques et sociaux. P.: Presses Universitaires de France, 1970.
  202. Histoire de l’Eglise (fondee par A. Fliehe et V. Martin). P.: Bloud & Gay, 1962−1964.
  203. Histoire des Institutions Francaises au Moyen Age. Sous la direction de Ferdinand Lot et Robert Fawtier. T.III. Institutions ecclesiastiques-Paris: Presses universitaires de France, 1962. 502 p.
  204. Histoire des Papes et du Vatican. Sous la direction de Christopher Hollis. -P.: Pont Royal, 1964.
  205. Hitzfeld K. Die letzte Gesandschaft Heinrichs VII. nach Avignon und ihre Folge// Historisches Jahrbuch. 83 Jahrgang. -Muenchen/Freiburg: Verlag Karl Alber, 1964. S.43−53.
  206. Hofler C. R. von. Aus Avignon. Prag: Druck von Dr. E. Gregr, 1868.
  207. Hofler C. Die avignonesischen Paepste, ihre Machtfulle und ihr Untergang// Almanach der kaiserliche Akademie der Wissenschaften. 2le annee. — Vienne, 1871. — P.231−285.
  208. Housley N. The Avignon Papacy & the Crusades, 1305−1378. Oxford: Clarendon Press, 1986.
  209. Housley N. The Italian Crusade: the papal-angevin alliance and the Crusades against Christian lay powers: 1254−1343. Oxford: Clarendon Press, 1986.
  210. Housley N. The Mercenary Companies, the Papacy and the Crusade, 13 561 378// Traditio. Studies in ancient and medieval history, thought and religion. -Volume XXXVIII. New York: Fordham University, 1983. — P.253−280.
  211. Housley N. Pope Clement V and the crusades of 1309−10// Journal of Medieval History. Volume 8, Number 1, March 1982. — Amsterdam: North-Holland Publishing Company. — P.29−43.
  212. Jones P.J. The Malatesta of Rimini and the Papal State: A Political History. Cambridge: Cambridge University Press, 1974. — IX, 372 p.
  213. Jordan E. Le Sacre College au moyen age// Revue des cours et conferences. -Paris: Lecene Oudin, t. I (1921−1922), p.158, 279,427, 545, 727 et t. II, p.128.
  214. Joudou J.-B.-M. Avignon: son histoires, ses papes, ses monuments et ses environs. s.l., 1992.
  215. Joudou J.-B.-M. Histoire des souverains pontifes qui ont siege a Avignon. -2 vol. Avignon: Typog. de Theodore Fischer Ane, 1855.
  216. Jullien de Pommerol M.-H. Textes politiques dans la bibliotheque des papes d’Avignon// L’Etat moderne: Genese, bilans et perspectives. Paris: Editions du CNRS, 1990. — p.207−216.
  217. Jugie P. Un Quercynois a la cour pontificale d’Avignon: le cardinal Bertrand du Pouget vers 1280−1352// Cahiers de Fanjeaux. 26. — Fanjeaux, 1991. -P.69−95.
  218. Kraack E. Rom oder Avignon? Die romische Frage unter den Papsten Clemens V. und Johann XXII. Marburg: N.G.Elwert, 1929. — XII et 62 p.
  219. Kruger K.H. Die Universalchroniken. Fase. 16. — Turnhout, Belgique.: Brepols, 1976.
  220. Labande L.H. Le Palais des Papes et les monuments d’Avignon au XlVe siecle. 2 vol. — Aix-Marseille, 1925.
  221. Laine F. La circulation des clercs entre la France et la peninsule Iberique sous le pontificat d’Urbain V// Revue d’histoire de l’Eglise de France. Tome 90. — Paris: Societe d’histoire religieuse de la France, 2004. — p.81−99.
  222. Latreille A., Palanque J.-R. Histoire du catholicisme en France. 3 vol. — P.: Ed. Spes, 1957−1962.
  223. Le Goff J. Au Moyen Age: Temps de l’Eglise et Temps du marchand// Annales, Economies, Societes, Civilisations. 1960 (mai-juin, #3). — P.417−433.
  224. Le Goff J. La civilisation de l’Occident medieval. P.: Arthaud, 1984.
  225. Le Goff J. Des dieux de la Gaule a la papaute d’Avignon (des origines au XlVe siecle)// Histoire de la France religieuse. T.I. — P.: Seuil, 1988. — P.450−523.
  226. Lemarignier J.-F. Institutions ecclesiastiques. P.: PUF, 1962.
  227. Leroy B. De Pampelune a Avignon. Eglise et diplomatie au milieu du XlVe siecle// Revue d’histoire de l’Rglise de France. Tome 90. — Paris: Societe d’histoire religieuse de la France, 2004. — p. 101−108.
  228. Lewin A.W. The great triangle Florence, Naples and the Roman Papacy in the late XlVth century// Nuova rivista Storica 87 (1993). Roma: Societa editrice Dante Alighieri. — p.257−276.
  229. Lizerand G. Clement V et Philippe IV le Bel. Paris: Hachette, 1910.
  230. Logan F.D. A History of the Church in the Middle Ages. London, New York: Routledge, 2002.
  231. Lohrmann D. Papsturkunden in Frankreich. Neue Folge. Gottingen: Vandenhoeck und Ruprecht, 1976.
  232. Lunt W.E. Studies in anglo-papal relations during the middle ages. Tome II: Financial Relations of the Papacy with England, 1327−1534. Cambridge (Mass.): The Medieval Academy of America, 1962. — XVI — 840 p.
  233. Luttrell A. The Crusade in the Fourteenth Century// Europe in the Late Middle Ages. Ed. by J.R. Hale, J.R.L. Highfield, B. Smalley. London: Faber andFaber, 1965. — P. 122−154.
  234. McFarlane K.B. «Bastard Feudalism’V/England in the Fifteenth Century: Collected Essays/ Publ. K.B. McFarlane. L., 1981. — P.23−43.
  235. McKisack M. Edward III and the Historians// History. 1960. V.XIV. -P.78−102.
  236. McKisack M. The Fourteenth Century, 1307−1399. Oxford, 1959.
  237. Magnan J.-B Histoire d’Urbain V et de son siecle d’apres les manuscrits du Vatican. 2e edition. — P.: Bray, 1863.
  238. Manselli R. Il Papato avignonese e gli Italiani del Trecento// Rapporti culturali ed economici fra Italia e Francia nei secoli dal XIV al XVI. Atti del Colloquio Italo-Francese (Roma 18−20 febraio 1978). Roma, 1979. — p.73−86.
  239. Marini A. Periodo avignonese e scisma d’Occidente alla luce di due convegni// Rivista di Storia delia Chiesa in Italia. Anno XXXVI-n2 (luglio-dicembre 1982). — Roma: Herder Editrice e Libreria. — p.426−436.
  240. Martens M. La politique de Clement VI (1342−1352) dans les principautes belges d’apres les registres aux lettres secretes// Bulletin de l’institut Historique Belge de Rome 24 (1947−1948). Rome, Bruxelles: Institut historique belge de Rome. — p. 5−47.
  241. Mathieu J. Quand le tiare se portait en Avignon. Avignon au XlVe siecle: l’autre Rome ?// Histoire medievale N36 (decembre), 2002. Paris: Ed. du Temps. — p.32−41.
  242. Menache S. Clement V. Cambridge: Cambridge University Press, 1998.
  243. Menache S. The Failure of John XXII’s Policy toward France and England: Reasons and Outcomes, 1316−1334// Church History. Vol.55, December 1986, N4. Published by the American Society of Church History. Pennsylvania: Science Press. — P.423−437.
  244. Menjot D. Les Espagnes medievales (409−1474). Paris: Hachette Education, 2001.
  245. Michel R. La defense d’Avignon sous Urbain V et Gregoire XI// Melanges d’archeologie et d’histoire 30 (1910). Paris: E. de Boccard. — p. 129−154.
  246. Mirot L. La politique pontificale et le retour du Saint-Siege a Rome en 1376. P.: E. Bouillon, 1899.
  247. Mirot L. La question des bles dans la rupture entre Florence et le Saint-Siege en 1375// Melanges d’archeologie et d’histoire 16 (1896). Paris: E. de Boccard.-p. 191−205.
  248. Moeller R. Ludwig dem Bayern und die Kurie im Kampf das Reich. -Vaduz: Kraus Reprint, 1965. XIV-256 p.
  249. Mollat G. Albornoz et le mode de gouvernement des Etats de l’Eglise (13 531 367)// Journal des Savants, 1967. Paris: Librairie C. Klincksieck. — p.43−48.
  250. Mollat G. Avignon et Rome aux XlVe et XVe siecles// Revue des sciences religieuses, I (1921). p. 170−177.
  251. Mollat G. Bertrand de Deaulx, jurisconsulte et pacificateur des Etats de l’Eglise au XlVe siecle// Archivum Historiae Pontificiae 6 (1968). Romae: Pontificia Universitatis Gregoriana Facultas Historia Ecclesiasticae, 1968. -p.393−397.
  252. Mollat G. Clement VI et la Peninsule Iberique// Journal des Savants, juill. -sept. 1960. Paris: Librairie C. Klincksieck. — p. 122−129.
  253. Mollat G. La collation des benefices ecclesiastiques sous les papes d’Avignon (1305−1378). Paris: E. de Boccard, 1921. — 354 pp.
  254. Mollat G. Contribution a l’histoire du Sacre College de Clement V a Eugene IV// Revue d’Histoire Ecclesiastique. T.XLVI. — Louvain-Leuven: Bureaux de la revue, Bibliotheque de l’Universite, 1951. — P.22−112, 566−594.
  255. Mollat G. La diplomatie pontificale au XlVe siecle// Melanges d’histoire du Moyen Age. P.: PUF, 1951. — P.507−512.
  256. Mollat G. Etude critique sur les Vitae paparum avenionensium d’Etienne Baluze. P.: Letouzey et Ane, 1917. -126 p.
  257. Mollat G. Gregoire XI et la Peninsule Iberique// Journal des Savants. -Annee 1964. Paris, Librairie C. Klincksieck. — p.255−260.
  258. Mollat G. Jean XXII et la succession de Sanche roi de Majorque (13 241 326)// Revue d’histoire et d’archeologie du Roussillon 6 (1905). Paris. — p. 65−95.
  259. Mollat G. Les papes d’Avignon (1305−1378). 9e ed. — P.: Letouzey et Ane, 1950.-597 p.
  260. Mollat G. Preliminaires de la guerre entre Gregoire XI et les Visconti (13 711 373)// Journal des savants. Librairie C. Klincksieck, 1962. — p.237−244.
  261. Mollat G. Quelques documents relatifs a l’usurpation des fonctions sacerdotales par les diacres au XIVe siecle// Melanges en l’honneur de Mgr Michel Andrieu. Strasbourg: Palais universitaire, 1956. — P. 361−363.
  262. Mollat G., Relations politiques de Gregoire XI avec les Siennois et les Florentins// Melanges d’archeologie et d’histoire. LXVIII (1956). — Paris: E. de Boccard. -P.335−376.
  263. Mollat M. Genese medievale de la France moderne. XIVe-XVe siecles. P.: Arthaud, 1977.
  264. Mollat M. La guerre de Cent Ans vue par ceux qui l’ont vecue. P.: Ed. du Seuil, 1992.
  265. Monticelli G. Chiesa e Italia durante il pontificato avignonese, 1305−1378. -Milano, 1937.
  266. Muldoon J. The Avignon Papacy and the Frontiers of Christendom: The evidence of Vatican Register 62// Archivum Historia Pontificiae, 17 (1979). -Roma: Pontificia Universitas Gregoriana Facultas Historiae Ecclesiasticae. -P.125−195.
  267. Muldoon J. Empire and Order. The Concept of Empire. 800−1800. New York: St. Martin’s Press, 1999.
  268. Muller C. Der Kampf Ludwigs des Bayern mit der romischen Curie. Ein Beitrag zur Geschichte des vierzehnten Jahrhunderts. T. I-II. — Tuebingen, 1879−1880.
  269. J.M. » Italy in the Age of the Renaissance : 1300−1550 (The Short Oxford History of Italy). Oxford: Oxford University Press, 2005. — 344 p.
  270. Nicholas D. The Transformation of Europe, 1300−1600. Oxford: Oxford University Press, 1999.
  271. Nicolas E. Jean XXII: l’installation du siege apostolique a Avignon: une politique d’investissements imobiliers et ses consequences materielles. Lille: A.N.R.T., 1988.
  272. Nold P. Pope John XXII and his Franciscan Cardinal: Bertrand de la Tour and the Apostolic Poverty Controversy. Oxford: Clarendon Press, 2003.
  273. O’Callaghan J. F. A History of Medieval Spain. L, N-Y, 1975.
  274. Offler H.S. Aspects of government in the late medieval Empire// Church and Crown in the fourteenth Century: Studies in European History and Political Thought. Ed. by A.I. Doyle. Aldershot: Ashgate Variorum, 2000. — P.217−247.
  275. Offler H.S. Empire and papacy: the last struggle // Church and Crown in the fourteenth Century: Studies in European History and Political Thought. Ed. by A.I. Doyle. Aldershot: Ashgate Variorum, 2000. — P.21−47.
  276. Offler H.S. England and Germany at the beginning of the Hundred Years War // Church and Crown in the fourteenth Century: Studies in European History and Political Thought. Ed. by A.I. Doyle. Aldershot: Ashgate Variorum, 2000. — P. 608−631.
  277. Olland H. La France de la fin du Moyean Age: l’Etat et la Nation (Bilan de recherches recentes)// Medievales: Langue, Textes, Histoire. N10/ printemps 1986. PUV, Saint-Denis, 1986. — P.81 — 102.
  278. Ordini religiosi e societa politica in Italia e Germania nei secoli XIV e XV. A cura di Giorgio Chittolini e Kaspar Elm. Bologna: II mulino, 2001.
  279. Otto H. Benedikt XII. als Reformator der Kirchenstaates// Roemische Quartalschrift fuer christliche Altertumskunde und fuer Kirchengeschichte 36 (1928). Freiburg im Breisgau: Herder. — P. 59−110.
  280. Otto H. Die Eide und Privilegien Heinrichs VII. und Karls. IV mit ungedruckten Aktenstucken, Quellen und Forschungen aus italienischen Archiven und Bibliotheken 9 (1906). Tubingen: Niemeyer. — P. 316−378.
  281. Otto H. Zur italienischen Politik Johanns XXII.// Quellen und Forschungen aus italienischen Archiven und Bibliotheken 14 (1911). Tubingen: Niemeyer. -P. 140−265.
  282. Ourliac P. Le gouvernement pontifical aux XlVe et XVe siecles// Revue de Droit canonique. T.XXIII. N 1−4 (mars-dec. 1973). Strasbourg: Universite de Strasbourg, 1973.-P.l 15−126.
  283. Pacaut M. Histoire de l’Eglise au Moyen Age// Revue Historique. Paris: PUF, n502 (avril-juin 1972), p.427−460 — n503 (juillet-septembre 1972), p. 131 158.
  284. Pacaut M. La Papaute de l’origine au Concile de Trente. P.: Fayard, 1976.
  285. Pacaut M. La Theocratie. L’Eglise et le Pouvoir au Moyen Age. Paris: Desclee, 1989.
  286. Palmer, J.J.N. England, France, the papacy and the Flemish succession, 1361−9// Journal of Medieval History, Volume 2, Number 4, December 1976. -Amsterdam: North-Holland Publishing Company. P.339−364.
  287. Parisse M. Allemagne et Empire au Moyen Age. P.: Hachette-Education, 2002.-288 p.
  288. Partner P. Florence and the Papacy: 1300−1375// Europe in the Late Middle Ages. Ed. by J.R. Hale, J.R.L. Highfield, B. Smalley. London: Faber and Faber, 1965. — P.76−121.
  289. Pastor L. Les Papes depuis l’exil d’Avignon jusqu’a la fin du grand schisme. Debuts de la Renaissance a Rome (1307−1447)// Histoire des Papes depuis la fin du Moyen Age. — P.: Librairie Pion, 1925.
  290. Pasztor E. Au sujet d’une source des «Vitae paparum Avenionensium «de Baluze provenant des Archives Vaticanes// Revue d’Histoire Ecclesiastique, LIV (1959). Louvain: Universite catholique de Louvain. — P.507−512.
  291. Le Patourel J. Edward III and the Kingdom of France// History. 1958. V. XLIII.N. 149.-P. 173−189.
  292. Le Patourel J. The Origins of the War// The Hundred Years War./ Ed. K. Fowler.-L., N.-Y., 1971.-P.31−45.
  293. Pauler R. Die Auseinandersetzungen zwischen Kaiser Karl IV und den Papsten: Italien als Schachbrett der Diplomatie. Neuried: Ars una, 1996.
  294. Pauler R. Die deustchen Konige und Italien im 14. Jahrhundert. Von Heinrich VII. bis Karl IV. Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 1997.
  295. Paviot J., Verger J. Guerre, pouvoir et noblesse au Moyen Age. Melanges en l’honneur de Philippe Contamine. Paris, Presses de l’Universite de Paris -Sorbonne, 2000.
  296. Penser le pouvoir au Moyen Age (VIIIe-XVe siecle). Etudes d’histoire et de litterature offertes a Fracoise Autrand. P.: Editions Rue d’Ulm, 2000.
  297. Perroy E. La guerre de Cent Ans. Paris, Gallimard, 1945.
  298. Ploeger K. England and the Avignon Popes. The Practice of Diplomacy in Late Medieval Europe. London: Modern Humanities Research Association and Maney Publishing, 2005. — XIV — 304 p.
  299. Poncet 0. Les entreprises editoriales liees aux archives du Saint-Siege. Histoire et bibliographie (1880−2000). Paris: Ed. de Boccard, 2003. — IX-431 P
  300. Preger W. Beitraege und Eroerterungen zur Geschichte des deutschen Reiches in den Jahren 1330−1334// Abhandlungen der historischen Classe der koeniglich bayerischen Akademie der Wissenschaften, XV-2. Munich: Verlag der K. Akademie, 1880. — S. 1−82.
  301. Prou M. Etude sur les relations politiques du pape Urbain V avec les rois de France Jean II et Charles V (1362−1370). Paris: E. Vieweg, 1888.
  302. Rapp F. L’Eglise et la vie religieuse en Occident a la fin du Moyen Age. 6e ed. — P.: Presses Universitaires de France, 1999.
  303. Rapp F. La Papaute face aux nations (1295−1534)// Histoire de la papaute. 2000 ans de mission et de tribulations. P.: Tallandier, 1996. — P.233−299.
  304. Religion et societe urbaine au Moyen Age. Etudes offertes a Jean-Louis Biget par ses anciens eleves. Reunies par Patrick Boucheron et Jacques Chiffoleau. P.: Publications de la Sorbonne, 2000.
  305. Renan E. Etudes sur la politique religieuse du regne de Philippe le Bel. -Paris: C. Levy, 1929.
  306. Renan E. La Papaute hors de l’Italie// Revue des Deux Mondes (1880). -T.XXXVIII. Paris: Revue des deux mondes. — p.109-.
  307. Renouard Y. Etudes d’histoire medievale. T.II. — Paris: S.E.V.P.E.N., 1968. — P.739−845.
  308. Renouard Y. La papaute a Avignon// Bulletin de l’Institut francais en Espagne. Madrid: Institut francais en Espagne, 1950. — P.25−28.
  309. Renouard Y. La papaute a Avignon. P.: PUF, 1969.
  310. Renouard Y. Le pape et le conflit franco-anglais en Aquitaine de 1259 a 1337. P.: E. de Boccard, 1934.
  311. Renouard Y. Les relations des papes d’Avignon et des compagnies commerciales et bancaires de 1316 a 1378. P.: E. de Boccard, 1941.
  312. Renouvin P. Histoire des relations internationales. V.l. Du Moyen age a 1789. 4e ed. — P.: Hachette, 1968.
  313. Ralan P. La ribellione di Perugia nel 1368 e la sua sottomissione nel 1370 narrata secondo i documenti degli Archivi Vaticani. Rome: Tipografia delia Pace, 1880.
  314. Riezler S. Die literarischen Widersache der Papste zur Zeit Ludwigs des Bayers. Ein Beitrag zur Geschichte der Kampfe zwischen Staat und Kirche. -Leipzig: Duncker und Humblot, 1874.
  315. Riviere J. Le probleme de l’Eglise et de l’Etat au temps de Philippe le Bel. -Louvain: Spicilegium Sacrum Lovaniense, 1926. in-8, XIV-499 pp.
  316. Rogers C.J. War cruel and sharp. English strategy under Edward III (13 271 360). Woodbridge: The Boydell Press, 2000.
  317. Royer J-P. L’Eglise et le Royaume de France au XlVe siecle d’apres le «Songe du Vergier «et la jurisprudence au Parlement. Paris: Librairie generale de droit et de jurisprudence, 1969.
  318. Russell J.B. A history of medieval Christianity. Prophecy & order. New York: P. Lang, 2000.
  319. Russell J.B. Medieval civilization. N-Y, L., Sydney, 1968.
  320. Samaran C., Mollat G. La fiscalite pontificale en France au XlVe siecle: periode d’Avignon et grand schisme d’Occident. P.: Albert Fontemoing, editeur, 1905. — XV et 278 p.
  321. Schmitt C.P. Un Pape reformateur et un derenseur de l’unite de l’Eglise: Benoit XII et l’Ordre des Freres Mineurs (1334−1342). Florence: Quaracchi, 1959.
  322. Schramm P.E. Kaiser, Koenige und Paepste. Band IV, 1−2. Gesammelte Ausaetze zur Geschichte des Mittelalters. Stuttgart: Anton Hiersemann, 19 701 971.
  323. Schuchard C. Die Deutschen an der papstlichen Kurie im spaten Mittelalter (1378−1447), Bibliothek des Deutschen Historischen Instituts in Rom. Band 65. Tubingen: Max Niemeyer Verlag, 1987.
  324. Schwobel H.O. Der diplomatische Kampf zwischen Ludwig dem Bayern und der Romischen Kurie im Rahmen des kanonischen Absolutionprozesses. 1330−1346. Weimar: Hermann Bohlaus Nachfolger, 1968.
  325. Sibilio V. Giovanni XXII e il Mezzogiorno. Testimonianze di vita ecclesiastica dai suoi registri (1316−1324)// Rivista di Storia della chiesa in Italia. Anno LVI-n2 (luglio-dicembre 2002). Milano: Vita e Pensiero. — P.377−399.
  326. Smalley B. Church and State, 1300−77: Theory and Fact// Europe in the Late Middle Ages. Ed. by J.R. Haie, J.R.L. Highfield, B. Smalley. London: Faber and Faber, 1965. — P.15−43.
  327. Southern R.W. L’Eglise et la societe dans l’Occident medieval. s.l.: Flammarion, 1997.
  328. Storia della Chiesa. XI. La crisi del Trecento e il papato Avignonese (12 741 378). A cura di Diego Quaglioni. Milano: San Paolo, 1994.
  329. Tabacco G. La Casa di Francia nell’azione politica di papa Giovanni XXII. -Rome: Istituto Storico Italiano per il Medio Evo, 1953.
  330. Thorndike L. The history of medieval Europe. 3rd ed. — Boston: Houghton Mifflin, (s. d.)
  331. Trenchs J. Documentos pontificios sobre la pesta negra en la diocesis de Gerona// Cuadernos de Trabajos 14 (1980). Madrid. — P. 183−230.
  332. Ulmann W. Avignon Papacy// New Catholic Encyclopedia I (1957). -p.1133−1136.
  333. Ullmann W. The Growth of Papal Government in the Middle Ages. A Study in the Ideological Relation of Clerical to Lay Power. London, 1970.
  334. Ullmann W. The Medieval Papal court as an International Tribunal// The Papacy and Political Ideas in the Middle Ages. London: Variorum Reprints, 1976. P.356−371.
  335. Ullmann W. The Origins of the Great Schism. A study in the fourteenth-century ecclesiastical history. London: Burns Oates & Washbourne Ltd., 1948.
  336. Un temps d’epreuves (1274−1449)// Histoire du christianisme. T.VI. — P.: Desclee, Fayard, 1990.
  337. Vale M.G.A. The angevin legacy & the hundred years war, 1250−1340. -Cambridge: Blackwell, 1990.
  338. Waley D. Opinions of the Avignon papacy: A historiographical sketch// Storiografia e storia. Studi in onore di Eugenio Dupre Theseider. Roma: Bulzoni Editore, 1974. — P. 175−188.
  339. Waley D. Lo stato papale dal periodo feudale a Martino V// Comuni e signorie nell’Italia nordorientale e centrale: Lazio, Umbria e Marche, Lucca. -Torino: UTET, 1987. P.229−320.
  340. Wattenbach W. Geschichte des Romischen Papstthums, Vortrage von Wilhelm Wattenbach. Berlin: W. Hertz, 1876.
  341. Weiss S. Rechnungswesen und Buchhaltung des Avignoneser Papsttums (1316−1378). Eine Quellenkunde. Hannover: Hahnische Buchhandlung, 2003.
  342. Weiss S. Die Versorgung des papstlichen Hofes in Avignon mit Lebensmitteln (1316−1378). Berlin: Akademie Verlag, 2002.
  343. Wenck C.R. Clemens V. und Heinrich VII. Die Anfange des franzosischen Papstthums. Ein Beitrag zur Geschichte des vierzehnten Jahrhunderts. 2 vol. — Halle: M. Niemeyer, 1882.
  344. Werunsky E. Italienische Politik Papst Innocenz VI und Konig Karls IV in den Jahren 1353−1354. Wien: W. Braumuller, 1878.
  345. Wilks M. The Problem of Sovereignty in the Late Middle Ages. The Papal Monarchy with Augustinus Triumphus and the Publicists. Cambridge: University Press, 1963.
  346. Williman D. The right of spoil of the popes of Avignon, 1316−1415. -Philadelphia, Pa.: American philosophical society, 1988.
  347. Wood D. Clement VI. The Pontificate & Ideas of an Avignon pope. -Cambridge: Cambridge University Press, 1989.
  348. Zunzunegui Aramburu J. Bulas y cartas secretas de Inocencio VI (13 521 362). Roma: Instituto Espanol de Historia ecclesiastica, 1970.
  349. И.М. Русские биографические и библиографические словари. Аннотированный указатель. М., 1955.
  350. Христианство, Энциклопедический словарь. 3 тт. — М., 1993−1995.
  351. Baratier L., Duby G., Hildesheimer E. Atlas historique de Provence. P.: A. Colin, 1969.
  352. Bibliographie de l’histoire medievale en France (1965−1990). P.: Publications de la Sorbonne, 1992.
  353. Bibliographie internationale des travaux historiques publies dans les volumes de «Melanges «, 1880−1939. P.: Librairie Armand Colin, 1955.
  354. Brom G. Guide aux archives du Vatican. Rome: Loescher, 1910.
  355. Charmasson T. Chronologie de la France medievale (481−1515). 2e ed. -P.: PUF, 1998.
  356. Dictionnaire historique de la papaute. P.: Fayard, 1994.
  357. Encyclopedia of the Vatican and Papacy. Edited by Frank J.Coppa. -Westport, Connecticut: Greenwood Press, 1999.
  358. Favier J., Favier L. Archives nationales. Quinze siecles d’histoire. P.: Nathan, 1988.
  359. Favier J. Dictionnaire de la France medievale. P.: Fayard, 1995.
  360. Grand atlas historique: l’histoire du monde en 520 cartes/ sous la dir. de Georges Duby.- P.: Larousse, 2004.
  361. Kelly J.N.D. Dictionnaire des papes. Turnhout: Brepols, 1994.
  362. Le Goff J., Schmitt J.-C. Dictionnaire raisonne de l’Occident medieval. P.: Fayard, 1999.
  363. . P. : Larousse, 2004.
  364. Medieval Iberia: an encyclopedia. By E.M. Gerli, S.G. Armistead. N-Y: Routledge, 2003.
  365. Poncet O. Les entreprises editoriales liees aux Archives du Saint-Siege. Histoire et bibliographie (1880−2000). Rome: Ecole francaise de Rome, 2003.
  366. Verne P. Comment on ecrit l’histoire. P.: ed. Seuil, 1971.
  367. Vauchez A. Encyclopedia of the Middle Ages. Cambridge: John Clarke, 2001.-2 vol.
Заполнить форму текущей работой